Онлайн книга «Проклятие куклы в пионерском галстуке»
|
Рита дошла до первой скамейки, уселась, подтянула ноги и уткнулась лицом в колени. Ее трясло, а сердце бухало так, словно отстреливалось от кого-то. Борис склонился над ней, положил горячие ладони ей на плечи. — Что случилось, Рит? — Я дико испугалась, – чуть отдышавшись, созналась девушка. – Ведь Мальцева могли просто убить в той роще, он мог задохнуться в мешке, не суметь выпутаться. Да его и оставили умирать! Стыдно сказать, но мне стало страшно не за него, а за себя, ведь я отвечаю за ребят. Случись с кем-то из моего отряда беда – и все, конец всему! — Успокойся, Рита, все обошлось, – сказал Шварц и сел рядом. Ей хотелось орать во весь голос. Жаль, нельзя было – везде окна, да и вожатые только сейчас расходились с берега. — Ничего не обошлось! И ничего еще не закончилось. Мы имеем дело с кем-то очень опасным. И что будет, если похитят, к примеру, Терезию Руденко? Даже если она вернется домой – ну, после… Я даже не узнаю, что с ней случилось, буду думать об этом до смерти и считать себя виноватой! Борис не утешал ее, просто обнимал за плечи, крепко прижимая к себе, и давал выговориться. Это сработало. Рита взяла себя в руки, сглотнула и сказала: — Ладно, поезжай домой, тебя Огонек ждет. Я немного посижу и приду в норму. — Нет, я не оставлю тебя в таком состоянии, – прозвучал твердый ответ. — Но Огонек, ты говоришь, голодный, может, лапы сосет… — Ничего он не голодный. Это я так сказал, чтобы уйти от костра поскорее – волновался больше за его хозяина. Огоньку я с утра оставил целое корыто воды и кастрюлю, ненамного меньше корыта, мясного супа, которого мне любезная Марья Степановна наварила перед отъездом. Но я еще раньше заметил, что ест он мало, даже странно для такой здоровенной псины. Думаю как-нибудь свозить его в город к ветеринару на всякий случай… Впрочем… — Что? – спросила Рита через десять секунд, не дождавшись продолжения. — Ну, я тут подумал, что мы могли бы вместе съездить в деревню, проведать Огонька, погулять по околице… Хотя нет, гулять, когда бродит бешеная собака, не стоит. Попили бы чаю с потрясающим вареньем, а потом я бы отвез тебя обратно. — А давай, – сразу согласилась Рита – она категорически не хотела оставаться одна. – Прокатимся. Правда, моя репутация будет загублена, уж Рейновна об этом позаботится… Она едва не ляпнула «и тебе придется жениться на мне», но вовремя прикусила язык. Нет, хватит, она уже пошутила так с Борей три года назад, словила в ответ невозмутимое «а я готов» и еще долго мучилась от неловкости. Это было за месяц до смерти брата. Плыл с двух сторон лес, словно сплошная темно-зеленая стена. Рита скашивала глаза на Бориса, как он спокойно и твердо ведет машину. А ведь в ее памяти он так и остался мальчишкой. Если бы тогда она не отошла от друзей, они росли бы вместе, взрослели и сейчас ей бы и в голову не пришло таращиться исподтишка. И в Севастополь, может, они поехали бы втроем вот на этой самой надраенной машине. — Боря… – начала она, желая отвлечься от своих сожалений. — Слушаю тебя. — А ты ведь не все рассказал у костра, я по глазам поняла. Я могу узнать, о чем ты умолчал? Шварц размышлял примерно минуту. Ей хватило этого времени, чтобы огорчиться и едва удержать слезы. Неужели она для него ничуть не ближе, чем прочие, кто был на берегу? А что беспокоится о ней – он бы и о Юле наверняка побеспокоился, раскисни та у него на глазах. И даже о практически незнакомой Маше. Что она, Борьку не знает? |