Книга Проклятие куклы в пионерском галстуке, страница 131 – Елена Булганова, Ольга Кудрявцева

— Стоп, пап, а откуда у него портрет Сне… Анжелы?

— А вот это то, что называется у нас «сыскное везение», – широко улыбнулся отец. – Анжелу весьма точно изобразил ваш художник Сергей Петрик. А потом листок оказался у другого мальчика, у Кирилла Мальцева.

При этом имени Рита не сумела сдержать теплую улыбку. Подумала мимоходом: как там сейчас Кирилл? Может, как раз уговаривает родителей взять Огонька на жительство… Хотя нет, автобусы с детьми еще не доехали до городов. А жаль все же, что она с ним в спешке даже не простилась…

Отец, ничего не заметив, продолжал свой рассказ:

— Мальцев долго вглядывался в рисунок, никак не мог понять, что с ним не так. Видно, незамутненное юное восприятие чутко уловило несоответствие между детским обликом и вполне взрослым наполнением. Сформулировать это противоречие он не смог, но вспомнил, что у него есть старший друг, настоящий сыщик. Он отдал рисунок Борису – пусть тот голову ломает. Этот рисунок Боря собирался показать прямо на вокзале девушке, но на следующий день сама знаешь, что произошло.

Рита коротко кивнула.

— Борис позвонил мне, объяснил ситуацию, попросил подменить его на вокзале, подробно описал облик якобы юной пионерки. До этого момента я понятия не имел, что происходит в лагере, даже рявкнул на Борьку. Готов был примчаться в «Факел», схватить тебя в охапку и увезти домой.

— Меня-то зачем? – удивилась Рита. – Мне ничего не грозило.

— Знаешь, в тот момент я думал только о том, что моя дочь и пионерский лагерь – вещи явно несовместимые, – съязвил отец. – Что бы там ни случилось, ты наверняка окажешься в опасности. Да черт знает, что я тогда думал! Просто был напуган. Рита, ты самое дорогое, что есть у нас с мамой.

Рита была благодарна, что он сказал «есть», а не «осталось». Она судорожно сглотнула, сдерживая слезы.

По коридору почти бегом проследовали две женщины в белых халатах, нырнули в тот коридорчик, где расположена операционная. Перехватило дыхание, Рита изо всех сил впилась пальцами в край диванчика, уже изрядно изорванный. Отец тоже проводил их тревожным взглядом и заговорил преувеличенно бодро:

— Боря уговорил меня не волноваться, мол, все у него под контролем, так что я не рванул в лагерь, а поехал на вокзал, встретил девушку и поговорил с ней. По моим описаниям она узнала Анжелу, а еще припомнила, что ее приезжал навестить старший брат, низкорослый, но весьма уверенный в себе, даже нагловатый подросток. Я передал сведения твоему другу и объявил, что отныне участвую в расследовании. Но официально открыть дело пока не выходило – не за что было уцепиться. Мы не понимали, как брат и сестра это проделывают, ведь ребенка нужно как-то увезти, а лагеря обычно находятся вдали от городов. Тогда Борис догадался поспрашивать в окрестных деревнях и в одной из них обнаружил машину в сарае, арендованном у одного местного алкаша. Машина известна как «инвалидка». Алкаш сообщил, что договаривался с ним очень странный парень, вроде бы ребенок, но машину пригнал сам и денег отсыпал щедро. Я пробил номера, и вот тут все и начало проясняться. Были большие сомнения, как взять их так, чтобы не подвергнуть опасности кого-то из детей. Мы рассчитали, что в ночь прощального костра машина будет стоять недалеко от лагеря, мы займем позицию возле нее и на всем пути следования от костра до машины. Вмешаемся при первой же попытке применить силу к кому-то из ребят. Но вышло не совсем так, как мы планировали, сама знаешь. Оплошали. Так что не быть твоему папке генералом. – И отец с коротким смешком потрепал ее по голове, как когда-то в детстве.