Онлайн книга «Собаня»
|
Захожу в дом. Внутри холодрыга. Придется в тряпье какое кутаться, чтоб не околеть. Надо б похавать. Скучно – пилец. И страшно. Не поверите, но так бывает – что одновременно и скука смертная, и страшно, что песец. Захожу на кухню, зажигаю свет. Лампочка мигает. Тимофей говорил, тут частенько перебои с электричеством. Бывало пару раз в лихие девяностые и такое, что провода кто-то спер, а заменить неделями не могли. Вся Упорова Топь без света сидела. В холодосе шаром покати. Кусок булки городской (да, у Тимофея так принято – хлеб в холодильнике держать). Ломоть сыра «Российского». И масла сливочного кот нассал. Ну, и пиваса бутылка в ящичке для овощей завалялась. Негусто, прямо скажем. Пожрал я, значит. Пивом последним запил. Спать как-то неохота… Дверь тут запирается-то вообще? Во, щеколда железная. Натиск темных сил должна выдержать… Что делать будем? Как скуку разгонять? Почитаю-ка я этого «Упыря». Посмотрим, о чем там Толстой Алексей Николае… нет, Константинович писал. Никогда в жизни не читал страшилок. Ну, Стивена Кинга разок пробовал. Люди от этой писанины в штаны срутся, а мне ни в голове, ни в жопе. Что там такого уж пугающего? Байки для лошков. Скинул ботинки, улегся на диван, куртку снимать не стал. Пусть утром она как из коровьей жопы будет, а все лучше, чем замерзнуть. Одеялком да покрывальцем прикрылся. Та-а-а-ак. Что тут этот Толстой интересного пишет?.. Свет гаснет, опять загорается. Прочел я, короче, страниц двадцать. Лежу, смотрю в потолок, думаю: какое ж пафосное фуфло. Балы эти дурацкие, дворяне, развлекуха непонятная. Не по мне это все. Откладываю Алексея Константиныча на столик. На этажерке еще какие-то книженции имеются. Может, найду чего получше? Я вообще читать-то не любитель. Но тут-то делать больше нечего. Тот же Толстой, еще три тома. Диккенс – «Приключения Оливера Твиста». Гоголь. «Молодая гвардия». «Как закалялась сталь». Марк Твен. С незапамятных времен это все тут пылится. В Совке хорошим тоном считалось книги в доме держать. И у всех набор один и тот же. И мало кто их открывал хоть раз. Наверняка Тимофей со скуки первое ухватил, что под руку попалось. И название ко двору пришлось – «Упырь». Словно про эту деревню и писалось. Скукотища, млядь. Не хочу ничего этого читать. Надо что-то другое, остросюжетное. Что это за распечатанные страницы А4 со скрепкой? «Семья вурдалака». Опять в ту же степь. Упыри и вурдалаки, приведите мне Вия, млядь! Поднимите мне веки, млядь! И, надо же, автор тот же – Толстой Алексей Константинович. Видно, неровно он ко всякой нечисти дышал, этот Алексей, чтоб его. 1839 год. Перевод с французского. Вот уж русским дворянам делать нехер было: извращались как могли – по-лягушатски рассказики пописывали. Не, ну «Семья вурдалака» как-то пострашнее звучит, чем просто «Упырь». Упырем я любого назвать могу, кого захочу. Увижу ханурика какого на улице да скажу: упырь, млядь! Или про начальника своего – тот еще упырь. Или про дядь Митю. А «Семья вурдалака» – уже солидно. Тут, наверное, не про дворян, не про балы. Читну, пожалуй. Да, тут уж совсем все по-другому. Не то чтоб прям поджилки тряслись, но все равно как-то не по себе. Дело было, значит, в Сербии. Вурдалак, типа, деда укусил, а тот потом внука тяпнул – и вся семья в итоге заразилась. А там уж и вся деревня. Описано мрачно еще так, жутко. |