Онлайн книга «Собаня»
|
Тут есть кладбище. Он оттащил туда изуродованный труп Дениса, потом отнес сумку с расчлененной Людой. Там была всего одна свежая могила. Холмик высокий, без травы. Последний житель поселка. Если закопать любовничков здесь, никто ничего не заподозрит. А усач вряд ли станет отмахиваться от столь забавной компании. Игорь копал, пока не сломался черенок лопаты. Потом рыл руками. Глина забивалась под ногти. Ладони саднили. Вокруг вились рои насекомых, что слетелись на запах живого пота. А Тонкие нашептывали. Нашептывали историю. Как все было на самом деле. Люда уехала. Просто уехала… Когда дело было кончено, он заглянул в глаза усачу, на чьем лице заиграла едва заметная, но явно одобрительная улыбка. Он вернулся в поселок, оторвал от теплицы кусок металлической трубы. С наслаждением наносил удары по машине, пока «тойота» не стала похожа на мятую консервную банку. Переводя дух, услышал шорохи и мужской голос дальше по дороге. Неужели эта падаль Денис каким-то чудом остался жив и выбрался из могилы? Или… ЛЮДА?! Пошел на шум. На окраине поселка в темноте по грязной колее ползал, мыча, какой-то мудак. Похоже, пьяный. Видать, заблудился. Наверное, обитатель какого-нибудь из ближайших селений. У Игоря не было настроения убивать вновь. Алкаш кое-как поднялся и хромо уковылял прочь, в темноту. Он отогнал автомобиль поглубже в лес. Когда искалеченная колымага нырнула носом в пожарный ров и застопорилась, вывалился наружу. Деньги… Открыл багажник, обнаружил там сумку с банкнотами. Что ж, вот и вернулись деньжата к хозяину. Следуя указаниям навигатора, он отправился к ближайшей железнодорожной платформе. Там сел в электричку, которая умчала его в октябрь. Расстройство Рукопись, найденная в пустой квартире Из института я выпустился с отличием в лохматом восемьдесят первом. Потом, как положено, оттрубил два года в армии. Когда вернулся из далекого Магадана, стал трудиться на ниве социалистической журналистики родного ***нска. Пописывал статейки да заметки для газеты. Платили провинциальному корреспонденту не бог весть сколько, но на жизнь хватало – и матери на бытовые расходы выдать, и с друзьями покуролесить, и какую-нибудь симпатичную златовласку в кино сводить… С созданием ячейки общества у меня порядком затянулось. Не знаю уж почему, но с девушками не клеилось. А работенка была интересная, хоть и приходилось кропать под копирку материалы про героические надои свеклы. Довелось побывать в разных местах, побеседовать с разными людьми – вот что ценно. Было над чем крепко поразмыслить на досуге, было над чем и посмеяться. Надо отдать родной газетенке должное: свою Партию-мать она пережила и здравствует до сих пор. Тематический набор почти тот же: фермеры, доярки, удобрения, конвейеры, лыжня, учитель года. Наверное, бюджетников обязывают эту макулатуру выписывать – вот изданьице никак и не загнется… К началу девяностых расцвела пышным цветом независимая журналистика. Я соблазнился радужными перспективами желтой прессы и устроился корреспондентом в новую развлекательную газету с сильным уклоном в сверхъестественное и паранормальное. Были там, конечно, и криминал, и политический компромат, и эротика, и гороскоп, и телепрограмма на неделю – все как полагается. Но «паранормалки», как это называли тогда в редакции, – больше всего. Домовые, лешие, аномальные зоны, чернобыльские мутанты, экстрасенсы, призраки, монстры из секретных лабораторий КГБ… |