Книга Собаня, страница 118 – Алекс Лоренц

Он сделал большую глупость, но зачем все рушить из-за каких-то денег?! В конце концов, он ведь ей не изменил… тогда.

Зато теперь вот изменил.

Игорь содрогнулся, когда вообразил себе, в каком виде предстанет перед Людой после бурного совокупления с чужой женщиной…

Новое сообщение. От НИХ. «Встречай гостей;)».

Стал впопыхах напяливать одежду.

— Ты куда это собрался?! – возмутилась Светка. – Я тебя еще не отпускала! Ишь, получил что хотел – и по тапкам?!

— Пошла ты, сука, – с досадой бросил Игорь.

— Я тебя еще не отпускала, – повторила она огрубевшим вдруг голосом. Мужским.

Он взглянул на нее. Из-под одеяла торчала голова одутловатого усача. Он сально подмигнул, обнажил в ухмылке мелкие желтые зубы.

— Мразь, – пролепетал Игорь, перепрыгнул через кровать и бросился прочь.

Кроссовки он надевал уже во дворе на лавочке – натягивал поверх пропитавшихся холодной грязью носков.

В окне его квартиры горел свет. Боязливо оглядываясь, Игорь поднялся на свой этаж. Собирался было нажать кнопку звонка, как делал это в лучшие времена, когда возвращался домой с работы, но передумал – отпер дверь ключом.

Люда ждала в дальнем конце прихожей. В черном свитере, старых джинсах. Как в тот день, когда бросила его.

— Где ты пропадал? – Ее голос звенел натянутой струной.

— Я… – Игорь проглотил застрявший в горле осклизлый ком. – Я искал…

— Что искал?!

— Новую работу.

— Нашел?

— Нашел. Буду развозить пиццу, – соврал он.

Слова сами выходили из его рта. Словно какашки, их выталкивала наружу некая внутренняя сила, с которой Игорю было не совладать.

Зачем он говорит этот бред?..

Она скрестила руки на груди, откинула голову, звонко рассмеялась. У него внутри клокотал котел злости.

— Что смешного?! – процедил он сквозь зубы.

— Отличное продвижение по карьерной лестнице! – Она снова расхохоталась, теперь уже с истерическими нотками.

Игорь подскочил к ней, схватил за плечи, сжал. Смех оборвался, Люда проткнула его враждебным взглядом.

— Пусти, – приказала она спокойно.

Он порывался что-то сказать, но не находил слов.

— Пусти, мразь! – потребовала она. – От тебя воняет какой-то бабой! Не смей ко мне прикасаться!

Да-а-а-а-а уж, братец… Не стоило после очередного отказа в трудоустройстве идти в пивную. Не стоило напиваться. Не стоило – вот уж точно не стоило! – откликаться на голодный зов первой встречной самки, которой давно не прочищали трубы. Тогда, может, и удалось бы сохранить брак.

Люда поняла. Не могла не понять. Она ведь знает тебя как облупленного: несколько лет совместной жизни не прошли даром.

Его пальцы разжались, руки бессильно повисли.

Она отстранилась.

— Хотелось все по-человечески обсудить, – сказала она. – У тебя был шанс. Но ты его просрал. За дуру меня держишь, да? Хоть бы помылся после своей бляди. И я, кстати, не желаю быть замужем за развозчиком фастфуда. Я уезжаю.

Последние фразы настолько переполнялись презрением, желанием унизить, что Игорь сорвался. Рассвирепел. Внутренний зверь сорвался с привязи.

Сильные, точные удары один за другим обрушивались женщине на голову, грудь, живот, руки, которыми она тщетно пыталась прикрыться.

– Что делаешь?

– Разглядываю карту.

– Зачем?

– Вот тут есть поселок в глухом лесу. Совсем у черта на рогах. Домов десять. Я на него смотрю и думаю: а как там вообще можно жить?