Книга Полное собрание рассказов, страница 199 – Майкл Коннелли

На Малхолланд чувствуешь себя на «вершине мира». Могло показаться, что ты принц этого города и законы природы и физики на тебя не действуют. Нога сама давила на газ. В этом и заключалось противоречие: Малхолланд был рожден для скорости, но не прощал её. Скорость здесь была убийцей.

Выйдя из-за поворота, Клюистон увидел еще одну пожарную машину и эвакуатор из гаража полиции Ван-Найса. Эвакуатор стоял поперек дороги. В этот момент Малхолланд был полностью перекрыт. Трос уходил вниз по склону и был натянут как струна — машину тянули наверх. Клюистон слышал, как надрывается мотор эвакуатора, слышал треск и скрежет — невидимая пока машина продиралась сквозь кусты. Эвакуатор содрогался от натуги.

Клюистон увидел человека с сержантскими нашивками и встал рядом.

— Он еще внутри? — спросил он у Фэрбенкса.

— Нет, его отвезли в больницу Святого Иосифа. Но он уже был мертв. Ты Клюистон, верно? Реконструктор.

— Он самый.

— Нам нужно всё сделать по уму. Как только личность подтвердят, здесь будет полно прессы.

— Капитан мне говорил.

— Да, а теперь еще и я говорю. В этом департаменте не винят капитанов, когда дела летят под откос. Виноваты всегда сержанты, и на этот раз это буду не я.

— Я понял.

— Ты хоть представляешь, сколько стоил этот парень? Речь о десятках миллионов, и вдобавок он вроде как в процессе развода. Так что работаем «пять на пять на пять», просек, реконструктор?

— Меня зовут Клюистон. И я сказал, что понял.

— Хорошо. Вот что имеем. Один автомобиль, летальный исход. Свидетелей нет. Судя по всему, парень ехал на запад на двухмесячном «Порше Каррера», вошел в последний поворот и по какой-то причине не выровнял машину. На дороге есть следы — посмотришь. В общем, он ушел прямо через край и вниз. Тяжелые травмы головы и туловища. Грудная клетка всмятку. Почти захлебнулся собственной кровью, пока пожарные до него добрались. Его вытащили вертолетом и всё равно повезли в больницу. Видимо, тоже не хотели лишних проблем.

— Кровь на анализ взяли?

Фэрбенкс, которому было под сорок и который всю жизнь провел в патруле, кивнул.

— Мне сказали — чист.

В разговоре возникла пауза — это значило, что Клюистон может делать из этого теста любые выводы. Хочет — верит, хочет — считает, что «звездные» связи уже сработали.

Лунный свет отразился от помятого серебристого бока «Порше», когда его вытащили на край дороги, как гигантскую красивую рыбину, втянутую в лодку. Клюистон подошел ближе, Фэрбенкс последовал за ним. Первым делом Клюистон заметил, что это «Каррера 4S».

— Хм, — хмыкнул он.

— Что? — спросил Фэрбенкс.

— Это полноприводный «Порше». Создан специально для таких поворотов. Создан для контроля.

— Ну, видимо, создан недостаточно хорошо.

Клюистон сложил оборудование на капот одной из патрульных машин, взял только фонарь и вернулся к «Порше». Провел лучом по передней части спорткара. Машина сильно пострадала, и основной удар пришелся на перед. Формы кузова были искажены ударами о склон. Он подошел вплотную и присел, изучая обтекатель и разбитую фару со стороны пассажира.

Он чувствовал за спиной дыхание Фэрбенкса.

— Если свидетелей не было, как узнали, что он улетел вниз? — спросил Клюистон.

— Кто-то снизу услышал, — ответил Фэрбенкс. — Там внизу дома. Этому парню повезло, что он не приземлился в чьей-нибудь гостиной. Я такое видел.