Книга Клинок молчания, страница 137 – Лэй Ми

Закончив перевязку, медсестра накрыла пациента одеялом. Она уже собиралась уходить, когда в палату ворвался неожиданный посетитель, едва не сбивший ее с ног.

— Простите, – извинился он, не сводя глаз с пациента. – Черт! – заорал посетитель при виде мужчины на кровати. – Фан Му, что с тобой произошло?

Пациент спокойно улыбнулся.

— Сяо Вон, ты привез мне одежду?

И снова Сяо Вон продемонстрировал свою уникальную способность замолкать в нужный момент. Именно поэтому Фан Му и вызвал его. Но хотя Сяо Вон не сказал больше ни слова, Фан Му видел, что ему не терпится разузнать, как его приятель оказался в столь плачевном состоянии.

По дороге в Чанхон Фан Му заметил, как Сяо Вон исподтишка посматривает на него в зеркало заднего вида. Он улыбнулся – и тут же ощутил острую боль от швов на лице.

— Кто это тебя? – спросил наконец Сяо Вон.

Фан Му покачал головой и ничего не ответил.

— Почему ты не обратился в городской департамент за помощью, когда попал в неприятности? – Сяо Вон протянул ему сигарету. – Это же наша юрисдикция.

Фан Му закурил и глубоко затянулся.

— Не хотел никого обременять, – сказал он и выпустил дым.

Больше Сяо Вон спрашивать не стал. Он перевел взгляд на дорогу и нажал на газ.

* * *

До Чанхона они добрались уже после полудня. Тем не менее Фан Му наотрез отказался зайти пообедать и попросил подбросить его до дома.

В знакомом городе, в знакомых стенах, перед знакомой кроватью он почувствовал, что усталость вот-вот свалит его с ног. Фан Му заснул, едва опустив голову на подушку. Когда боль от ран разбудила его, на улице уже стемнело.

Несколько минут он полежал, набираясь сил, потом медленно поднялся с кровати и достал из холодильника два яйца. Наспех сварил их и проглотил. Насытившись, он ощутил другой голод – и принялся рыться на полках. Кажется, прошла целая вечность, прежде чем ему попалась початая пачка сигарет.

Фан Му сел в темной гостиной и закурил. Раны по всему телу продолжали саднить.

Завтра ему предстояло вернуться на работу. Эта мысль приводила в ужас: единственное, чего ему хотелось, это и дальше сидеть одному в темноте.

За последние годы он привык к мысли о собственной смерти и всегда встречал опасность лицом к лицу. Что бы ему ни грозило, он шел до конца.

Но там, перед Храмом предков, его вера в себя пошатнулась.

Он никогда не думал, что люди могут быть настолько жестокими.

Не представлял, что алчность может превратить жителей целой деревни в монстров.

Не подозревал, что в мгновение ока любовь может обернуться убийством.

Не мог себе вообразить, что столь дикое преступление будет так тяжело доказать.

Ужас сковал его по рукам и ногам. Вот почему, когда Лю Дахун сдернул с него куртку, избил до полусмерти, а потом выбросил на ходу из фургона, Фан Му даже в голову не пришло оказать сопротивление.

Теперь он был уверен, что в человеческом мире – мире хищников, пожирающих друг друга, – деньги и насилие представляют две стороны одной медали.

Ему казалось, что в один миг весь мир перевернулся. Тьма взяла верх, а свет и закон с ним вместе – оказались повержены. Зло заняло место добра, и чудовища в открытую охотятся на улицах.

Но если так, какой смысл спасать Старого Сина?

Если так, Дин Сучен напрасно принес себя в жертву.

Если так, зачем вообще нужна полиция?