Книга Чужак и не его Сновидица, страница 91 – Рина Белая

А причина была простой.

Обход уже закончился.

Я сидела, вцепившись пальцами в край одеяла, и ждала, когда дверь лечебни откроется, внутрь войдут Дорн и ректор и устроят мне допрос. Где ты была ночью, Мирена? Кого ты покрываешь? Кем был тот чужак, которого ты прятала в своей келье? Как ты связана с профессором Уоллом? Почему втягиваешь благородных девиц в свои грязные планы?..

А за их спинами будут стоять наставницы Алеста и Кенна, методично похлопывая плетью по ладоням в ожидании, когда вопросы закончатся и они наконец смогут приступить к наказанию. За грязные платья, кое-как брошенные на нижнюю полку шкафа, за пятна на покрывале, за капли крови на наволочке. Вспомнить бы еще, где я оставила полотенце, когда уходила из купальни…

— Мирена, – сказала дежурная сестра, и я вздрогнула от звука ее голоса. – Посмотри на меня.

Я подняла взгляд.

Она нахмурилась.

— Ты меня слышишь?

— Да.

— Тогда скажи, что случилось.

— Ничего.

Сестра устало выдохнула и положила ладонь мне на лоб. Потом на шею. Снова взяла запястье, считая пульс, и еще раз осмотрела ладони. Раны уже затянулись, но кожа на их месте оставалась розовой, слишком нежной после заживления. На сгибах еще виднелись тонкие трещины, и стоило мне сильнее сжать пальцы, как ладони начинало неприятно тянуть и жечь.

— Жара нет. Пульс скачет. Руки ледяные… Ничего понять не могу.

— Можно я уже пойду? – тихо спросила я. – Мне нужно вернуться в келью.

Сестра поймала мой взгляд, брошенный на настенные часы, потом снова посмотрела на меня и нахмурилась.

— Это из-за обхода?

Я опустила глаза.

— Что у тебя в келье?

— Беспорядок, – еще тише ответила я.

— Тоже в шкафу?

— Ага… – всхлипнула я.

Сестра перевела взгляд на мои незабинтованные ладони, потом поджала губы. Несколько секунд она молчала, словно решая, насколько сильно я преувеличиваю.

— Сиди здесь, – наконец сказала она. – Приготовлю тебе настой. Выпьешь и пойдешь. Но если опять свалишься где-нибудь в коридоре, я лично притащу тебя обратно за шиворот.

Я быстро кивнула.

Она ушла к длинному столу у дальней стены, где среди стеклянных флаконов, мисок и связок сушеных трав уже клубился пар от большого медного чайника. Пока сестра возилась с настоем, я поднялась, умылась теплой водой, кое-как пригладила растрепанные волосы и заплела их в косу. Потом натянула темно-синее платье, застегнула ворот, надела сапоги и только после этого снова села на койку, стараясь не смотреть на часы.

— Держи.

Настой оказался почти обжигающим. От чашки пахло полынью, мятой и чем-то терпким, лекарственным. Я осторожно взяла ее обеими руками.

— Медленно, – предупредила сестра. – Иначе желудок опять скрутит.

Я кивнула и сделала маленький глоток. Горячая жидкость обожгла язык, потом горло и тяжело осела в пустом желудке.

Еще один осторожный глоток.

И в этот момент дверь лечебни с грохотом распахнулась.

Я вздрогнула всем телом так резко, что настой плеснул через край прямо на платье.

— Наркар… – тихо выдохнула я сквозь зубы, мгновенно отставляя кружку на тумбу.

Сестра резко обернулась. Несколько секунд молча смотрела на мокрое пятно на платье и мои трясущиеся руки, затем покачала головой.

— Да что ж ты такая дерганая…

Она повернула голову ко входу, где двое старших воспитанников в зеленых плащах тащили между собой девчонку с распухшей лодыжкой. Та ругалась так витиевато, что даже дежурная сестра на миг застыла, а потом процедила: