Книга Чужак и не его Сновидица, страница 305 – Рина Белая

Я психанула.

Мархус тоже.

В итоге он остался без меня, я – без его требовательного давления между ног.

И первой мириться я не собиралась.

Я собиралась читать. Столько, сколько потребуется. Обязательно при нем и в самых удобных для обзора местах. Если владыка Иркалла решил переждать мое упрямство, ближайшие недели обещали стать самыми литературными за все четыреста лет его жизни. Я читала за едой, в бассейне, в его постели – везде, где книга могла попасться ему на глаза.

Ничего особенного от этого вечера я не ждала. Я просто сидела за столом и читала уже, наверное, второй час, когда заметила Мархуса, идущего через пещеру. Я подняла голову и замерла.

Он был в белом.

В белом, мать его.

На бронзовой коже этот цвет выглядел до неприличия вызывающим, и от одного понимания, что он сам это надел, у меня сбилось дыхание. За все время в Иркалле я не видела ни одного неназванного в белом. Этот цвет здесь словно вообще не существовал.

А теперь владыка Иркалла спокойно шел через пещеру в белых штанах, светлом жилете и почти белых сапогах.

Я проводила его взглядом до поворота и так и осталась сидеть с раскрытой книгой в руках, пытаясь понять только одно.

Это точно был Мархус?

Я даже не успела толком переварить первый шок, когда Мархус появился снова. Теперь уже без жилета. Прошел обратно с таким спокойствием, словно весь вечер занимался исключительно своими делами и совершенно случайно второй раз оказался у меня перед глазами.

Я едва не застонала, когда Мархус свернул туда, где стояли книги. Мне хотелось снова увидеть эту проклятую низкую посадку штанов, тяжелые бедра и белую ткань, натягивающуюся на них при каждом шаге. Хотелось еще немного просто смотреть. Две недели без него внезапно начали казаться совершенно идиотской затеей, а собственное упрямство – формой медленного самоубийства.

Но Мархус скрылся за стеной.

Я уставилась в книгу без всякого интереса к содержимому.

А потом он вышел обратно уже совершенно голый, прикрывая книгой все, чем природа когда-то особенно щедро его одарила.

— Мархус, – позвала я, прекрасно понимая, что, если сейчас его не остановить, он так и выйдет из пещеры.

Он остановился и посмотрел на меня.

Я кивнула на книгу.

— Что читаешь?

В уголке его рта появилась едва заметная ухмылка. Мархус поднял книгу и с таким достоинством прочитал название, словно держал величайший литературный труд Морвена. Я прикрыла глаза.

Разумеется. Из всех книг ему попалась именно расчлененка.

— Почитаешь мне немного?

Выражение его лица едва заметно изменилось, и я мгновенно поняла: книга была декорацией.

Хитрый гад. Решил формально выполнить условие, не прочитав ни строчки?!

Нет уж.

Я хотела, чтобы он читал.

Хотя бы одну гребаную главу.

И теперь, когда книга наконец оказалась у него в руках, оставалось заставить его использовать ее по назначению.

Я поднялась. Теперь насторожился уже Мархус.

Я подошла вплотную и опустилась перед ним на колени. Несколько секунд мы смотрели друг на друга, а потом Мархус открыл книгу.

Первые строки он читал медленно, явно больше следя за мной, чем за смыслом текста. Я тоже никуда не спешила. Мои ласки оставались неторопливыми и осторожными, исключительно из заботы о читающем. Мархус прибавил темп, и я сразу подстроилась под его голос. Он заговорил чуть громче, и мои движения стали увереннее. Следующую фразу он нарочно растянул, проверяя меня, и я послушно замедлилась вместе с ним.