Книга Чужак и не его Сновидица, страница 10 – Рина Белая

— Но Морвен ведь победил, профессор, – раздалось с третьего ряда. Кажется, это был один из старших учеников. – Осада Трех Мысов считается нашей победой.

— Да, – быстро подхватила отличница, сидевшая рядом со мной. – Мы победили, потому что вовремя подожгли собственные склады с провизией и лишили врага ресурсов. Это была отчаянная, но необходимая мера.

Несколько человек согласно кивнули.

Гэвин Уолл посмотрел на нее и улыбнулся так, словно она повторила именно то, что от нее ожидали.

— Прекрасно, – мягко сказал он. – Вижу, официальную версию вы знаете.

В аудитории сразу стало тише.

— История – это не то, что случилось на самом деле, господа. Это то, что выжившие посчитали нужным записать. И если вы хотите понимать настоящее, ищите не героев. Ищите тех, кто допустил роковую ошибку.

Я смотрела на него, забыв дышать. Он говорил о лжи, просчетах и чужих ошибках, а я в этот момент думала только о том, что он самый честный человек в этом замке.

А потом мой взгляд, совершенно не к месту, опустился к его руке.

К безымянному пальцу.

Кольца не было.

В тридцать пять лет это казалось почти вызовом – с его именем, состоянием и положением.

В кельях учениц не утихали споры о том, кто станет той счастливицей, что войдет в дом Уоллов и однажды займет место графини рядом с ним.

Он продолжал говорить о битве, но я почти не слышала. Смотрела на его губы, на безупречный узел шейного платка, ловила каждый жест его руки.

— Ваша задача к следующей лекции, – Гэвин прошелся вдоль первого ряда, и тонкий запах сандала и дорогого табака коснулся меня, – найти в архивах описание битвы у Крейг-Мор, которое не совпадает с официальной версией.

Он едва заметно кивнул, давая понять, что занятие окончено.

Аудитория тут же наполнилась шуршанием пергамента и приглушенным гулом голосов. Девушки с первых рядов не спешили уходить: нарочито медленно собирали перья, переглядывались и время от времени бросали на профессора многозначительные взгляды.

Я же осталась на месте.

Интересно… что он искал здесь, в сыром и мрачном Ильваре? То, чего не найти на залитом солнцем юге – одаренную жену, достойную его имени?

Или все было проще. Его направила сюда корона – и он просто исполнял долг, считая это назначение… ошибкой.

— Вы не собираетесь уходить, – раздался рядом его голос.

Я вздрогнула и подняла голову.

Гэвин стоял у моего стола, опершись кончиками пальцев о край парты.

— Или у вас остались вопросы?

— Простите, я… я просто задумалась, – пролепетала я, чувствуя, как краска заливает щеки.

Он бросил короткий взгляд на сонник. Затем, не спрашивая разрешения, открыл его.

Мне следовало возмутиться. Сонник был личной вещью. Но я лишь смотрела, как его пальцы касаются моих пустых страниц и ненавидела себя за то, что не отняла тетрадь.

— Ваши коллеги обычно спешат записать увиденное, – произнес он, – а ваш сонник… пугающе пуст.

Гэвин чуть наклонил голову, и прядь волос упала ему на лоб. Он не стал ее убирать. Он ждал ответа.

Я вдруг поняла, что не могу вымолвить ни слова.

Он выпрямился, закрывая тетрадь и возвращая ее мне со словами:

— Надеюсь, ваш доклад окажется содержательнее этого сонника.

Его взгляд на мгновение задержался на моем лице. Он убрал руку от парты и отвернулся.

— Идите, – добавил он уже отстраненно. – Увидимся завтра.