Книга Граф в моей постели, страница 19 – Нина Венс

— А если забуду, как пользоваться веером?

Мадлен посмотрела на меня с профессиональной тревогой и дала самый дешёвый.

Пока она искала ленты, я увидела на туалетном столике карточку с моим именем. Только меня называли не Алисой, а Анастасией. Надпись ещё блестела. Я показала её служанке. Та побледнела и сказала, что карточки принёс секретарь виконта. Ошибка могла быть случайной, но служанка слишком быстро отвела глаза.

Я не стала устраивать сцену. Перевернула карточку и написала своё имя собственноручно. Почерк вышел неровным: перо цеплялось за бумагу. Мадлен спрятала ошибочный листок в рукав. Когда она закончила, я поблагодарила её по имени. Служанка удивилась сильнее, чем моим брюкам. Позже я поняла, что в этом доме так редко замечали человека, который помогал им выглядеть достойно, что обычная благодарность уже казалась союзом.

Через час я стояла перед зеркалом в платье. Я ненавидела всё. Корсет. Юбку. Кружево. Особенно корсет.

— Я не могу дышать.

— Зато красиво.

— Адриан!

Он стоял в дверях и улыбался.

— Ты прекрасна.

— Я сейчас умру.

— Это временно.

— Я надеюсь.

Он подошёл ближе.

— Тебе действительно идёт.

Я посмотрела на своё отражение. Потом на него.

— Ты специально это говоришь?

— Что?

— Чтобы я перестала злиться.

— Да.

— Получается.

Он улыбнулся.

— Тогда буду говорить чаще.

Мы отправились на приём. Адриан представил меня как дальнюю родственницу из России. Я старалась не выглядеть человеком, который вчера расплачивался телефоном, а сегодня не знает, как сесть в собственном платье. Особенно трудно было привыкнуть к тому, что все вокруг смотрели на меня.

— Почему они так смотрят?

— Потому что ты необычна.

— Я выгляжу странно?

— Нет.

— Тогда почему?

Он наклонился к моему уху.

— Потому что ты самая красивая женщина в этом зале.

Я почувствовала, что краснею.

— Ты опять пытаешься мной манипулировать.

— Я говорю правду.

Мы прошли мимо стола с фруктами. Я хотела взять виноградину, но Адриан едва заметно остановил мою руку. Кисти были восковыми. Настоящие фрукты стояли дальше, зато возле муляжей толпилось больше людей: здесь лучше освещались лица.

Одна дама сообщила мне, что очень любит Россию, особенно её южные пальмы. Я ответила, что зимой они требуют внимания. Адриан уставился в бокал. Дама удовлетворённо кивнула и отправилась делиться подтверждёнными географическими сведениями. Я же заметила в зеркале мужчину, который с самого нашего появления стоял возле одной и той же двери. Он наблюдал не за графом, а за Мадлен, передававшей записку лакею.

В этом зале никто не бегал и не угрожал. Здесь поправляли кружева, менялись улыбками и незаметно перекрывали людям дорогу. Мне понадобилось несколько минут, чтобы перестать любоваться залом и начать видеть происходящее.

В этот момент к нам подошёл мужчина.

— Граф де Вальмон.

— Виконт.

— Я слышал, что вы вернулись.

— Как видите.

Виконт посмотрел на меня.

— А это?

— Моя кузина.

— Из России?

— Да.

— Забавно.

— Что именно?

— Она совсем не похожа на русскую дворянку.

Я улыбнулась.

— У нас разные вкусы.

Виконт нахмурился. Адриан едва заметно коснулся моей руки. Это был сигнал. Опасность. Позже он объяснил:

— Виконт работает на Орден.

— Как ты знаешь?

— Он носит перстень.

— И что?

— Я знаю этот знак.

Я посмотрела на мужчину. На его руке действительно был серебряный перстень. С чёрным камнем. Таким же, как у Адриана.