Книга Запретная алхимия, страница 220 – Стейси Макьюэн

— Мы отрежем чародеев огня на перевале, – сказал он Теодору. – Держись рядом. Некоторые пехотинцы нашли выход с площади.

Патрик повел их прочь, обратно в лабиринт таунхаусов. Он срезал через канал, потом еще через один. Под мостом и через пыльный двор его старого школьного учителя.

Так он когда-то передвигался по Кентон-Хиллу – на заплетающихся ногах, с огнем в груди, срезая углы и перепрыгивая изгороди быстрее, чем могли его ноги.

Донни почти не замедлял их. Патрик выкрикивал ему предупреждения, но слух у брата был лучше, чем у охотничьей собаки, и он бегал по этим улицам так же часто, как и Патрик.

Они встретили только двоих солдат. Те грабили узкие лодки, пришвартованные в каналах.

— Подожди! – прошептал Теодор, и Патрик почуял страх в его дыхании. Но времени ждать не было. Времени заглушать их приближение тоже. Патрик продолжал бежать.

Первый, кто повернулся его в сторону, получил пулю промеж глаз.

— Прямо по курсу! – крикнул Патрик, и следующий получил две в грудь от Донни. Оба солдата повалились в воду.

Патрик игнорировал страх, что в него выстрелят в любой момент, что он так же упадет.

— Поторапливайся! – крикнул он Теодору, чье дыхание стало прерывистым. Патрику показалось, он слышал, как мужчина молится между вдохами.

Угольные склады были впереди. Вдалеке огонь танцевал по черепице и исчезал в дымоходах, подбираясь все ближе. Патрик ускорился. Мимо пивоварни, куч металлолома. Через последний переход через канал.

Вскоре и там, в конце переулка, затанцевал огонь.

Он перепрыгивал с крыши на крышу. Очертания фигур в плащах и вооруженных солдат стали четче.

Но огонь прыгал впереди них, влекомый чем-то более быстрым, чем его собственная природа.

Патрик представил те огромные медные барабаны, ожидающие внутри угольных складов. Весь этот газ в утробах сотни бойлеров. Каким будет радиус взрыва, если все это воспламенится?

Патрика охватило нечто гораздо большее, чем храбрость или чувство ответственности. Он был переполнен страхом. Мыслью о полной потере дома. Каждый клочок его будет стерт с лица земли.

— СТОЙТЕ! – закричал он безумно, глупо. Их было всего трое на дороге против группы из двадцати или тридцати, и Патрик забылся. Он поднял ружье.

Патрик услышал лязг множества вскинутых винтовок. Услышал выстрел до того, как почувствовал пулю.

Боль раздробила его левое плечо, когда его отбросило назад. Затылок ударился о булыжники, ружье загрохотало по камням. Донни внезапно оказался над ним, глядя вперед. Его пистолет был поднят, чтобы защитить их обоих.

Но Теодор вышел вперед.

— Подождите! – крикнул он. – Не стреляйте! Я не из Союза!

Патрик моргнул, глядя на него снизу вверх, пытаясь видеть и слышать сквозь вспышки агонии, пульсирующие вдоль ключицы. Он видел лицо Тео снизу, видел ужас в его глазах.

— Я искусник! – выкрикивал Теодор. Его руки были подняты в знак капитуляции, рукав задрался, обнажая клеймо Идии. – Я искусник!

— Теодор? – раздался далекий женский голос. – Теодор Шоп?

Патрик перекатился на бок, шипение вырвалось у него при движении плеча, но он прищурился, чтобы увидеть бригаду чародеев огня и приближающихся к ним солдат. Теперь всего в двадцати футах. Во главе была женщина с рыжевато-каштановыми волосами.

— Это ты?

— Скажи, когда стрелять, Пэт, – пробормотал Донни.