Книга Королевы и монстры. Месть, страница 58 – Джей Ти Джессинжер

— Мал. Пожалуйста.

Слова звучат тихим шепотом.

Но когда я слышу их, когда слышу, как она произносит мое имя, мой убийственный импульс усмиряется ровно настолько, что мне просто хочется разорвать охранника голыми руками.

Вместо этого заезжаю ему по голове пистолетом. Он со стоном заваливается набок, из его виска хлещет кровь.

Разворачиваюсь, беру Райли на руки, баюкаю ее бесчувственное тело у себя на груди и выхожу за дверь.

Когда я отвечаю на звонок, Паук находится в таком чудовищном состоянии, что сначала я не понимаю ни слова. На меня обрушивается быстрый невнятный поток английской и гэльской речи.

— Успокойся, братан. Ты бредишь. Что случилось?

Он громко глотает ртом воздух, а потом произносит одно-единственное слово, от которого у меня волосы встают дыбом.

— Малек.

Черт подери.

Сижу в кожаном кресле в гостиной в нашей секретной явке на Манхэттене и со своего места вижу, как Слоан смешивает себе коктейль. Она стоит в столовой и наливает виски в высокий хрустальный бокал с очень озабоченным видом. Даже встревоженным. Если она подслушает наш разговор, станет еще хуже. Поэтому поднимаюсь и ухожу в спальню. Как только меня перестает быть слышно, спрашиваю:

— Что произошло?

Послушав его рассказ секунд тридцать, впадаю в такую ярость, что готов раскрошить телефон в руке. Сквозь стиснутые зубы скрежещу:

— Как этот хер пробрался?

— Я не знаю. Мы все заперли. Ни одна сигнализация не сработала. Он просто призрак.

— Киран?

— Лежит. Пока дышит, но выглядит не очень хорошо.

Он еще раз вздыхает, набирая в легкие воздух:

— Есть еще кое-что. Это плохо.

Собираюсь с духом, готовясь к худшему. Интуиция меня не подвела.

— Прежде чем русский гад сбежал с Райли… Я…

У него ломается голос.

— Я случайно ее подстрелил. Пуля предназначалась ему, но она встала на пути.

Шумно выдыхаю, услышав новость. Вся жизнь проносится перед глазами. Когда Слоан обо всем узнает, нам конец. Кирану, Пауку, всей команде. Включая меня. Мне удается выдавить:

— Она жива?

— Я не знаю. Было темно. Черт, босс. Мне так жаль. Я убить себя готов за это.

По непередаваемой тоске в его голосе не остается сомнений, что это чистая правда. Но его раскаяние пока подождет. Сначала нужно разобраться с гораздо более насущными вопросами. Еще раз тяжело вздыхаю и перехожу в командирский режим.

— Отвези Кирана в больницу. Когда его подлатают, просмотри камеры. Попробуй понять, как этот сукин сын оказался внутри. Потом все сотри и сожги. Понял?

— Да.

— Позвоню тебе через два часа. До этого ни с кем не разговаривай.

Я отключаюсь ровно в тот момент, когда в комнату заходит Слоан. Она одним коротким взглядом окидывает мое лицо и говорит:

— Твою мать.

Это одновременно и проклятье, и благословение, что ей так просто удается читать все по моему лицу.

Убирая телефон в карман, медленно подхожу к ней, выдерживая ее испуганный взгляд.

— Сейчас я скажу тебе очень неприятную вещь. Тебе лучше присесть.

Вместо этого она проглатывает виски.

— К черту это, гангстер. Мне лучше думается на ногах.

Тянусь к ней, но Слоан одним жестом останавливает меня.

— Просто говори прямо. Что там?

Медленно выпускаю воздух из легких. Мне хочется заключить ее в объятья и наговорить сладкой лжи. Но так она еще больше разозлится. Стараясь говорить ровным тоном, объясняю: