Книга Неудавшееся свидание, страница 70 – Бет О'Лири

Джейн делает еще один глубокий вдох. Молчание ощущается как густая, темная субстанция между ними. Выхода у нее нет – придется соврать ему.

— При уходе с прошлой работы я получила от моего начальника… что-то вроде… компенсационной выплаты. На эти деньги я и живу. – Сгорая от стыда, она делает большой глоток вина.

— А, ясно, как выплата при увольнении по сокращению штата?

— Угу, – бубнит Джейн, не отнимая бокала ото рта.

— Напомни, кем ты раньше работала? – спрашивает Джозеф.

Это уже похоже на ночной кошмар. Джейн ищет способ закончить разговор, но ничего не может придумать; мягкая трикотажная ткань платья вдруг начинает сдавливать тело, как корсет. Уж лучше бы Кира донимала ее вопросами о жизненных приоритетах.

— Я работала в крупной юридической фирме, – говорит она наконец. Это не ложь, но определенно уход от ответа.

— Не может быть! – слегка вздрогнув, говорит Джозеф. – Ты же знаешь, чем я занимаюсь, правда?

— Да, знаю. – Джейн оглядывается вокруг, испытывая все возрастающее отчаяние. – Тебе не холодно?

— Нет, – твердо отвечает Джозеф. – Почему ты не сказала, что тоже работала в юридической конторе? Не исключено, что я знаю ваших айтишников – а может, даже работал у вас. Я ведь немало мест поменял.

— Да, – мямлит она. Ее голос звучит сдавленно и пискляво. – Да, возможно.

Он вздыхает:

— Джейн…

Джейн прикрывает глаза.

— Почему ты на меня давишь?

— Прости, – немного помолчав, говорит он. – Я просто ума не приложу, почему это… так сложно. Ты так много скрываешь. Почему мне нельзя узнать о тебе даже такую малость?

— Я думала, ты понимаешь. Я хочу сказать… почему мне нельзя узнать, что произошло в День святого Валентина? – Джейн открывает глаза, чтобы встретиться с ним взглядом. – Разве это не одно и то же?

На его лице отражается такой шок, словно она его ударила.

— Ну, я… Это другое. – У него на скуле дергается мускул. Обычно у него богатая мимика, но сейчас его лицо буквально окаменело.

— Почему? – спрашивает Джейн.

— Потому что это… – Из него вдруг будто выкачали весь воздух. – Боже, я не знаю. Прости. Я не пытался заставить тебя выболтать мне свои секреты, если ты сама этого не хочешь. Наверное, мне просто безумно хочется узнать тебя. – Он смотрит на свой пустой стакан. – Черт, это во мне говорит двойная порция водки.

Двое детей в школьной форме проносятся между ними, и Джейн опирается о стену паба, чтобы удержать равновесие.

— Давай принесу еще выпить, – предлагает Джейн и дрожащей рукой тянется к его стакану. – Тебе повторить?

— Так мы… закончили говорить?

— Что ты хочешь от меня услышать?

— Я хочу, чтобы ты мне рассказала то, что не рассказываешь другим, – с неожиданным воодушевлением признается Джозеф; он уже совсем близко, хотя она точно не знает, кто из них сделал шаг навстречу. Они оба держат пустой стакан, разделяющий их, как повисшая в воздухе пауза. – Я хочу, чтобы ты открылась мне. Я не должен этого хотеть, знаю, что не должен, но хочу.

Джейн не сводит глаз с его шеи. Она не в силах взглянуть ему в лицо. Вместо этого она рассматривает крупинки щетины, рассыпанные по его коже, как темный песок.

— Зачем ты попросила меня прийти сюда сегодня? – тихо спрашивает он.

Он прикасается к ней. Дотрагивается пальцем до ее пальца на стакане, согретом теплом рук. В момент этого легкого прикосновения ее тело пронзает огненная вспышка чувственных ощущений, и на долю секунды она всерьез задумывается, не ударил ли он ее током.