Книга Курс 1. Февраль. 18+ (с иллюстрациями), страница 43 – Гарри Фокс

— Это как-то связано с тёмным культом? — спросил я, стараясь не показывать, как меня это задевает.

Она покачала головой.

— Не совсем. Культ — это маленькое ответвление от истинной силы. Их цель… другая. Они ищут власть. А мы — служим замыслу.

— Меня мало сейчас это интересует, — перебил я. — Я хочу знать только одно: что произошло в конце января? На чьей ты стороне? И твой бог?

Оливия посмотрела мне прямо в глаза.

— Я на Вашей стороне, господин. — Её голос стал твёрже. — И в планах божества Вы должны сыграть важную роль. Он не навредит Вам. Ни Вам, ни Вашим близким. Я клянусь.

— Понятно, — сказал я коротко.

— В конце января, господин. — Она говорила осторожно, будто проверяла, не опасно ли продолжать. — Вы застали меня в библиотеке. Я думала, что одна, и использовала магию, чтобы найти одну книгу. Вы вошли и всё видели. Вы потребовали правды. И я рассказала Вам всё.

— Я… не помню этого, — сказал я, чувствуя, как внутри закипает раздражение. — Ничего. Я вообще не помню почти ничего из того времени. Только обрывки.

— Я знаю, господин, — тихо ответила Оливия. — Вы сказали мне тогда, что видите во мне ценного союзника. Что я могу быть полезна не только как служанка. Вы предложили мне стать Вашим личным магом и советником. Я согласилась.

Я смотрел на неё, пытаясь найти в её голосе ложь. Но она говорила так, будто повторяла то, что уже однажды сказала мне.

— И я не жалею об этом решении, — сказал я медленно, глядя ей в глаза. — Даже если не помню, как его принимал.

Оливия выдохнула — долго, шумно. На её глазах блеснули слёзы облегчения.

— Спасибо, господин. Я не подведу Вас.

— Знаю, — ответил я. — Иначе бы не пришёл.

Я встал, и она сделала шаг назад, освобождая путь к двери.

— Отдыхай, — сказал я. — Завтра будет новый день.

Я уже взялся за ручку двери, когда остановился. Что-то не давало мне уйти.

Я развернулся и показал шкатулку, которую держал всё это время, а затем открыл крышку.

— Оливия, — сказал я, не поднимая глаз, — ты знаешь что-нибудь об этом?

Она подошла ближе, остановилась рядом, заглядывая в шкатулку. Её лицо было серьёзным.

— Я слышала, что Вы с Марией приняли решение сделать своим гербом ледяную виверну, — сказала она осторожно. — Из-за подарка, который Вы получили от своей родной матери. Мне известно только это. Что именно внутри… какая сила заключена в этом яйце… я не знаю, господин. Простите.

Я закрыл шкатулку.

— Понял, — сказал я коротко. — Спасибо, что была честна.

Оливия кивнула, опустив глаза.

— Сладких снов, Оливия.

— Сладких снов, господин, — ответила она тихо.

7 февраля. Выбор барона.

Лана ходила по комнате, и каждый её шаг был полон раздражения. Она то подходила к окну, то возвращалась к кровати, то снова начинала мерить шагами комнату. Её белые волосы, распущенные по плечам, развевались при каждом резком движении.

— Я не выдержу этого, — сказала она, останавливаясь у камина и глядя на огонь. — Эта поездка — просто пытка. Я здесь, среди этих… аристократов, которые только и делают, что строят из себя важных особ, а мне хочется быть рядом с Робертом.

Она провела рукой по лицу и вздохнула.

— Мне мерзко здесь. Я хочу поскорее к нему. Ты не представляешь, как я устала от этих взглядов, от этих разговоров… от всего этого спектакля.