Книга Курс 1. Февраль. 18+ (с иллюстрациями), страница 37 – Гарри Фокс

Он кивнул — коротко, по-военному.

— Благодарю за внимание.

Каин развернулся и ушёл в глубину балкона. Лана и Малина последовали за ним, но перед тем как скрыться, они обе посмотрели на толпу. С одинаковым выражением. Как на скот. Как на тех, кто ниже их по праву рождения. Их взгляды были холодными, пустыми, и в этой пустоте читался такой трепет, что некоторые из аристократов опустили глаза, не выдержав даже этого короткого контакта.

Когда они ушли, зал взорвался гулом.

Шёпот, обсуждения, споры. Кто-то с облегчением выдохнул, кто-то побледнел, а кто-то уже начал искать взглядом союзников. Но это был не хаос — это была энергия, направленная в нужное русло. Герцог Каин Блад умел говорить так, что его слушали. И слушали внимательно.

Эрик, стоявший у колонны, проводил взглядом удаляющиеся фигуры Бладов. Он заметил, как Лана, проходя мимо Малины, чуть коснулась её руки — жест, который остался незамеченным для остальных. Он всё видел. Он привык замечать детали.

Персонаж-читатель № 5. Амикус.

Комната была небольшой, но тёплой. Камин весело потрескивал, отбрасывая пляшущие тени на стены. У стола сидели трое — Амикус и двое его людей. Один из них, сухощавый с короткой стрижкой, молча протирал арбалет. Второй, коренастый, с мясистым лицом и шрамом на скуле, изучал карту Вельмархта, разложенную на столе.

Амикус сидел, откинувшись на спинку деревянного стула, сложив руки на животе. Его карие глаза были полуприкрыты, но в них читалась привычная, спокойная оценка обстановки.

— Новый принц, — сказал он сухо, не повышая голоса, — знатный затейник. Сократил армии. Раньше я мог взять заказ, постоять пару месяцев у границы, и никто не лез. А теперь… — он развёл руками, — либо сиди без работы, либо иди в бароны.

— Господин, — осторожно сказал сухощавый, отрываясь от арбалета, — говорят, он всего лишь исполняет договор с ОГД. Может, и не его вина.

— Договор, — Амикус усмехнулся, коротко, без веселья. — Договоры пишут те, кто у власти. И если он его подписал — значит, он за него отвечает. Его вина.

— Но он же победил Алую Розу, — вставил коренастый, не поднимая глаз от карты. — Газеты пишут, он герой.

— Газеты пишут то, за что платят, — отрезал Амикус. Он потянулся, хрустнул шеей и посмотрел на камин. — Я не спорю, парень, видимо, боец хороший. Но его реформы мне стоили трёх контрактов за последний месяц. Так что он мне должен… ну, хотя бы нормальный ужин.

Он помолчал, и в глазах его мелькнула лёгкая искра.

— Хотя, надо отдать должное Бладам. Герцог, видимо, знает толк в гостеприимстве. Кормят отлично. И эти стены… крыша… тепло. Я бы тут и жил, если бы дали.

Он перевёл взгляд на товарищей и добавил, чуть понизив голос:

— И дочка у герцога — Лана. Красивая, сочная, как… ну, сами знаете. И, говорят, она очень требовательная. Нужен достойный мужчина. — Он хмыкнул и похлопал себя по животу, — типа меня.

Коренастый поднял глаза от карты и тяжело вздохнул.

— Господин, Вы бы поосторожнее. Здесь стены имеют уши. Блады — они такие. Слуги, стражники, даже стены. За такие слова могут и в подвал отправить. А там не кормят.

Амикус ухмыльнулся — коротко, одними уголками губ.

— Я знаю, что говорю. Я не прилюдно. И не при свидетелях, которые могут побежать доносить. — Он кивнул на своих людей. — Вы — мои. Я за вас ручаюсь. А стены… — он повернул голову и посмотрел на каменную кладку, — стены не умеют говорить. Да и за всеми участниками не углядишь.