Книга Позывной "Ноль", страница 32 – Кристи Хант

Тьма принесла не спасение, а лишь новую фазу кошмара. Когда солнце наконец скрылось, оставив после себя багровое, сожженное небо, извилистая дорога превратилась в живую артерию. Люди бежали. Трасса, еще днем казавшаяся абсолютно безлюдной, теперь кипела звериным, первобытным страхом. Повсюду громоздились брошенные, закипевшие машины с распахнутыми дверями. Мародеры действовали в открытую, без стыда и страха — разбивали стекла, силой вытаскивали из салонов растерянных людей, забирая себе все: канистры с водой, остатки бензина, узлы с вещами.

Скорость «Порше» упала до ползущей. Кристи прижалась лбом к прохладному стеклу, с немым ужасом смотрела на этот ад. То там, то тут в свете фар вспыхивали стихийные, кровавые драки. В салон кроссовера прорывались дикие крики, отборная ругань и надрывный плач детей. Прямо перед ними толпа облепила нагруженный пикап, на ходу вышвыривая владельца на раскаленный асфальт. Больше не было законов. Не было покоя.

Хант среагировал мгновенно — резко крутанул руль, уводя машину с оживленного хайвея на глухую, разбитую грунтовку. Внедорожник взревел, унося их прочь от обезумевшей толпы в глухую темень полей. Именно в этой внезапной, зловещей мрачной пустоте Тея открыла глаза.

Ее голос — сорванный, слабый, больше похожий на свист — заставил Кристи вздрогнуть. Мать звала ее. В мутном, угасающем сознании женщины что-то явно замкнуло, и она цеплялась за дочь, пытаясь успеть выплюнуть ей правду, которую скрывала всю жизнь.

Морган остановил машину на обочине. Он не произнес ни слова. Его лицо в полумраке казалось бледной, высеченной из камня маской. Он молча вышел из салона, но перед этим, едва заметным жестом, включил диктофон на телефоне и оставил гаджет на сиденье. Ему нужна была исповедь Теи, нужна информация.

А для Кристины в этот момент рушился мир. Она перебралась на заднее сиденье, подхватив обмякшее, иссохшее тело матери, и внутри нее все похолодело. Тея говорила захлебываясь, будто пытаясь обогнать смерть. Слова давались ей с мучительным трудом, но из этого бессвязного бреда вдруг начала проступать страшная история. Саманта. Их бабка, которую Кристина всю жизнь считала сумасшедшей маразматичкой и безумным пророком, оказалась великим, недооцененным ученым. Много лет назад ее исследовательская группа совершила революционное, пугающее открытие, способное перевернуть историю. Но Саманта совершила роковую ошибку — она промахнулась в расчетах со временем. Эта ошибка стоила ей всего.

Когда в назначенный день Х ничего не произошло, правительство, до этого транслировавшее ее предупреждения по телевидению, и газеты, печатавшие ее статьи, превратили ученого в посмешище. Саманта в панике перепроверила данные, назначила новый срок — и снова тишина. Мир отвернулся от нее. Печатать прогнозы перестали, из научных кругов, изгнали с позором, а спецслужбы пригрозили принудительным лечением в дурдоме, чтобы навсегда закрыть ей рот. Все ранние чертежи, графики и уникальные формулы Саманта тогда успела спрятать в тот самый старый чемодан, который Тея таскала с собой как проклятье. Оставшись одна против системы, Саманта поставила перед собой безумную цель: во что бы то ни стало найти частного спонсора, богача, и уговорить его финансировать строительство Ковчега. Под ее жестким руководством проект был запущен, но цена за спасение оказалась огромной.