Книга Дурная кровь, страница 31 – Уильям Марч

— Я прочла в газете о похоронах Клода Дейгла и о прекрасном венке из гардений от его одноклассников. Прошу прощения, видимо, когда вы звонили по поводу участия в складчине, меня не оказалось дома.

Мисс Ферн ответила не сразу. Кристин почти физически ощущала в трубке ее смущение.

— В школе достаточно много детей, – наконец едва слышно вымолвила пожилая дама. – Венок обошелся совсем не так дорого, как вообразили газетчики. Пожалуйста, не беспокойтесь. Деньги уже собраны, и цветы оплачены.

— Но мне звонили по поводу венка? – настаивала Кристин. – Если нет, полагаю, я имею право знать причину.

— Нет, милочка, не звонили, – мягким, успокаивающим тоном ответила мисс Ферн. – Мы с сестрами решили, что лучше вас не тревожить.

— Понимаю, – проговорила молодая женщина. И после паузы спросила: – Вы пропустили еще кого-нибудь из ребят или же не позвонили только мне?

— Мы с сестрами подумали, что вы предпочтете отправить цветы от себя лично, – пояснила мисс Ферн. Она смолкла, точно с величайшей тщательностью подбирала слова, после чего тоном, в котором не было ни малейшей уверенности, продолжала: – Вы ведь тут совсем недавно; вспомните, что Рода проучилась у нас всего лишь год.

— Я понимаю. Понимаю, – повторила Кристин. И тихо добавила: – Но отчего же тогда вы решили, что мы предпочтем отправить цветы от себя лично? Рода не дружила с погибшим мальчиком, а мы с мужем даже не знакомы с Дейглами.

— Не знаю, милочка. Я не сумела бы ответить на ваш вопрос, даже если бы от этого зависела моя жизнь. – И дальше мисс Ферн очень тихо, почти шепотом, словно извиняясь, произнесла: – Я должна идти. У нас гости, и мое продолжительное отсутствие покажется им странным.

Миссис Пенмарк положила трубку, нахмурив обычно безмятежный лоб. Если тут и кроется некий подтекст, которого она не улавливает, некие намеки, которые от нее ускользают, проще убедить себя, что это пустяки, не стоящие выеденного яйца. Она внушит себе, что их с Родой пропустили по недосмотру, и даже не упомянет об этом в письме мужу. В конце концов, напомнила себе молодая женщина, у Кеннета своих проблем хватает, и нечего беспокоить его всякой ерундой. Кристин села за письменный стол и написала мужу бодрое письмо, полное беспечных сплетен об их общих знакомых. Она уверяла, что очень скучает по нему, но утешается надеждой на грядущие долгие годы совместной жизни без расставаний и разлук, годы покоя и радости, и торжественно подтверждает непреложный факт своей супружеской любви. «Я выкину из головы гибель маленького Дейгла и все, что с ней связано, – пообещала себе Кристин. – Произошла ужасная трагедия, но, если судить здраво, разве она имеет ко мне непосредственное отношение?»

* * *

Неделю спустя миссис Пенмарк получила из школы Ферн письмо – учтивое, краткое и деловое. К сожалению, говорилось в нем, на предстоящий учебный год, который начнется в сентябре, все учебные места в классах заняты, вследствие чего школа не сможет предоставить место Роде. Автор послания выражала уверенность, что у мистера и миссис Пенмарк не возникнет трудностей с поиском нового учебного заведения для ребенка, еще раз изъявляла сожаление и завершала письмо искренними пожеланиями всего наилучшего, «оставаясь и проч., Бёрджесс Уизерспун Ферн».