Книга Свадьба, страница 28 – Алекс Лоренц

Нижняя челюсть у отрубленной головы отвисла, вывалился синюшный язык.

— Уа-а-а-аы-ы-ы-ы-ы…. – не то завыла, не то заплакала голова.

Дядь Володя, даром что подготовленный ко всему на свете, вздрогнул – отшвырнул башку в угол. Та стукнулась о стену, потом о пол.

— Что и требовалось доказать! – объявил он. – Мы столкнулись с редким, но крайне опасным явлением, которое не поддаётся доводам формальной логики и, так сказать, диалектико-материалистского мировоззрения. Пробудилось зло, что десятилетиями дремало в земле. Увы, я вынужден констатировать: невеста, наша Полиночка, которую мы все любили, пала жертвой вампиризма, а от неё уже и этот мужчина… не знаю, как бишь его.

— Абсурд! – насмешливо-перепуганный выкрик из зала.

— Нет, это правда! – поддержал дядь Володю Костя. – Нас тут несколько человек, кто видел, во что превратилась Полина.

Ева и Кеша стали энергично кивать в подтверждение.

— Герман, подтверди, – призвал Костя. – Ты ведь тоже видел.

Тот раскачивался на стуле, сгорбившись и обхватив ладонями взъерошенную голову. Ничего не ответил, словно бы и не слышал.

— Моя дочь, наша любимая дочурка, превратилась в УПЫРЯ! – заревел, как раненый зверь, Полинин отец, потрясая красными кулаками. По щекам, усам, бороде, струились дорожки горьких пьяных слёз. – Я сам тому свидетель! Моя жена свидетель! Сущий кошмар! – Он упал на стул и зарыдал в голос, а его тощая супруга сидела неподвижно, с приоткрытым ртом и глазами навыкате.

Снова вой из вентиляции. В ответ крякнула из угла отрубленная голова.

— Слышите? – сказал дядь Володя. – Это Полина. Вернее, то, чем она стала, бедная девочка. Мы не успели её обезвредить. Упыри горазды на всякие штуки, которых обычные люди не умеют. Именно поэтому ей удалось спрятаться в туалете так, что никто не сумел её обнаружить. Когда оттуда все поразбежались, она пробралась в банкетный зал. Трое мужичков мирно выпивали, никого не трогали. Она их высосала – двух досуха, третьего не успела – мы пришли. Потому он обратился в упыря. Отрубить ему голову было необходимо, иначе сейчас отлавливали бы, а это не так-то просто. И опасно.

Все стали озираться, перешёптываться.

— А Полину-то кто укусил?

— Вот это я сейчас и пытаюсь выяснить. В здании уже был по меньшей мере один упырь, пока гости развлекались. Потому прошу каждого предельно внимательно посмотреть на своих соседей. Во-первых, мне нужно знать, кого не хватает. Во-вторых, попытайтесь вспомнить, кто из гостей удивил вас странным, неестественным поведением. Любая деталь может оказаться полезной. Именно для этого я велел собрать всех здесь и запереть входные двери. Если упыри сбегут – весь микрорайон, а то и город окажется в страшной опасности. Пока милиция примет меры, твари будут убивать. А кого-то и обращать в себе подобных.

— А вы сами-то кто? – последовал вопрос. – Не милиция разве?

— Вот именно! – возглас поддержки. – Нам вон тот увалень сказал, что вы милиционер. Что же выходит – не милиционер?! Самозванец?!

— Да-да, тёмное дело, – закудахтала какая-то женщина.

— Граждане! Я милиционер, оперативник, в годы службы немало проблемных дел раскрыл. Награды имеются, грамоты. Честно скажу: сейчас я в отставке, на пенсии. Но поскольку меры нужно принимать без проволочек, я взял на себя такую ответственность – заметьте, с риском для своей безопасности и даже жизни. Говорю это на случай, если кто опять возьмётся меня попрекать. Да, сейчас я занимаюсь самоуправством. Но, поверьте, для нашего с вами общего блага. Мне самому оно бы и даром не надо – пекусь о вас и ваших детях. Чтобы дело не переросло в массовую резню. К тому же с явлением я хорошо знаком – с нечистью сталкиваться доводилось. Как бы вы стали объяснять суть происходящего милиционерам, которым в практике такого не попадалось, а? Сдаётся мне, поехали бы ближайшим рейсом в дурдом. Так что не надо возмущаться – следуйте моим указаниям, и все останутся в живых. Надеюсь, понятно объяснил?