Книга 1994. Русский роман ужасов, страница 60 – Алекс Лоренц

— Паца, да вы гляньте на него! Точно псих ведь!

— Он не псих, он тоже ЗОМБИ! – кричал Артем, вне себя от ужаса. – ЗОМБИ! ЗОМБИ! Бежим! Укусит – станешь таким же!

Когда между ребятами и зэком Лешей (или что бы это ни было) оставалось метров десять, всеобщее внимание снова привлек «труп» в багажнике.

— Смотрите! – выкрикнул один из пацанят, тыча пальцем внутрь багажника, и с воплями: – Мама, мама, спасите! – бросился бежать.

Оба глаза «трупа» открылись. Две щели между опухшими веками. И то, что было там, внутри щелей… Оно, черт возьми, ДВИГАЛОСЬ! Эти мутные-мутные белки, покрытые черными пятнами, переводили взгляд с одного лица на другое!

Нижняя челюсть дернулась, выпустив наружу утробное кваканье и еще одно облако тошнотворного газа.

Теперь бежать бросились все.

Почти.

Ромыч схватил за шиворот оторопевшего Пепса, засунул в багажник и захлопнул крышку. Эхо, хлопая вороньими крыльями, перелетело через школьный стадион.

— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!! ВЫПУСТИ МЕНЯ-А-А-А-А! – до хрипоты надрывался Пепс. – ВЫПУСТИ, МРА-А-А-А-АЗЬ!!!

Но Ромыч уже дрожащими руками вставлял в замок ключ, чтобы запереть багажник. Тот, у кого в руках до сих пор была связка ключей, просто бросил ее на землю, убегая. А Ромыч «подобгал». Когда дело было сделано, зэк Леша был уже совсем рядом. Стало слышно исходившее из его нутра зловещее урчание.

— Ромыч, беги! – орал Егорка издалека. – Беги, быстрей!

— Иначе станешь как он! – севшим голосом каркал Артемка.

И Ромыч припустил. От вида его бегущего всем всегда было смешно. Так драпают толстяки в мультиках, ритмично размахивая кулачками и выбрасывая вперед колени. А у этого еще и брюхо вечно вываливалось из-под футболки.

Но сейчас никто не смеялся.

Машина тряслась так, словно некое огромное существо пыталось ее с себя сбросить. К воплям Пепса, похожим на крики предсмертной агонии, примешались низкие гортанные причмокивающие звуки.

Зэк Леша некоторое время стоял позади машины. Он ревел, как животное, и лупил рукой по багажнику. Три безумных голоса слились в одну сатанинскую какофонию.

Потом Леша схватил кусок помойной гнили с крыши. Тявкая и дергаясь, он размазал месиво по своему лицу. Затем принялся царапать его нестрижеными черными ногтями. Полилась кровь. Он ревел и визжал так, что казалось: еще чуть-чуть – и листья на деревьях завянут от нежелания жить.

Он шагнул в сторону и, все так же дергано передвигаясь, ринулся куда-то через дворы.

Тем временем жалобные хрипы Пепса прекратились. Из запертого багажника доносилось лишь приглушенное чавканье.

— Зря ты с ним так, – бесцветным голосом сказал Егорка Ромычу.

Тот промолчал. Он еще некоторое время смотрел на неряшливую, закиданную мусором «шестерку» с открытыми настежь дверями. Его лицо, обычно живое и подвижное, окаменело.

Он развернулся и побрел домой.

Денис обулся в кеды, сбежал вниз по лестнице и постучал в Артемкину дверь. Никто долго не открывал, но внутри был слышен телевизор. Поэтому Денис продолжал стучать, пока Артем не подошел и не посмотрел в глазок. Через несколько секунд его раздумий дверь открылась.

Вид у Артемки снова был смурной. И он почему-то избегал смотреть Денису в глаза.

— Выйдешь?

— Нет, сегодня не пойду.

— Ну, хоть на часок.

— Не хочу.

— Хреновое у тебя настроение опять, я смотрю.