Книга 1994. Русский роман ужасов, страница 59 – Алекс Лоренц

— Жирный гомик! – орал тот. – Я тя убью! И всю твою семью! Закопаю живьем!

Толпа суетилась вокруг несчастной «шестерки», которая под напором стаи дикарей ходила ходуном.

— Бля, ребята, в багажнике кто-то есть!

— Да ладно тебе!

— Да я серьезно! Кто-то стукнул только что… Вот, еще раз, слышал?

— Да не стучал никто, тебе показалось.

— Тихо все, козлы!

— От козла слышу!

— Да заткнитесь нах, я сказал!

Все прикрыли рты и прислушались.

Ничего.

— Да что вы хегью стгадаете, в натуге! Давайте в темпе, пока мусога не пгиехали.

В крышку багажника что-то стукнулось. Потом еще раз.

— Я ж говорил! Говорил, мля!

Все переглянулись, хлопая глазами.

— Попадос, ребята, – сказал Артем, почесывая затылок. – Дениска не первый, кого этот хрен похитил.

— Откроем?

— Давайте.

— Нет, стойте! А вдруг там животное какое опасное?

— У нас опасные животные не водятся, дебил.

— Сам дебил. Я передачу по телику смотрел – показывали, что новые русские, богачи… ну, которые в малиновых пиджаках, с цепями, с распальцовкой… ну, вы поняли…

— Ну, мы поняли, поняли! Ты ближе к делу давай!

— Они себе всяких пантер и ягуаров заводят, а эти потом сбегают и шастают.

— Ха-ха! Ну ты лох! Буржуины на «шестерках» не ездиют!

— А может, он их контрабандой перевозит и продает!

— И то правда. Все может быть.

— А давайте откгоем и Пепса туда закинем, – предложил Ромыч.

— А что, дельная мысля. Только быстро надо, чтоб это вот самое, что там сейчас стучится, выпрыгнуть не успело.

— Ясный кгасный.

— Мужики, тут замок в какой-то слизи. Я не буду его трогать.

Стук.

— Ищите, чем вытегеть, че стоите!

— Вон, в параше ветошь какая-то валяется. – Из мусорного бака уныло свешивались тряпки, покрытые подозрительными желтыми пятнами.

— У меня платок есть, – вспомнил Денис и извлек из кармана носовой платок размером с парус, в зеленую клетку.

Багажник оказался незаперт. Стоило нажать кнопку – и крышка откинулась наверх. Изнутри вырвалось густое, почти видимое облако ядовитых кишечных газов с примесью подтухшей кислятины.

Там был человек. Вроде как мертвый. Мужик лет сорока или сорока пяти, лысоватый. Лежал с подогнутыми коленями и поднятыми вверх руками, словно говоря: «Сдаюсь!» Вздувшееся синевато-зеленое лицо было похоже на мешок, набитый ватой. Брюхо тоже раздулось. Глаза закатились, рот приоткрылся.

Крышка распахнулась, впустив в багажник жаркий летний воздух, пахнущий пылью, зеленой листвой и помойкой. Внутри жмурика что-то булькнуло.

— Да он не жилец, – сказал кто-то после длинной, тягучей паузы.

— Да-а-а-а-а, Дениска, повезло тебе, а то лежал бы сейчас с ним вместе.

— Ребята, какой же он мертвый, если он СТУЧАЛ В КРЫШКУ?!

— Да не стучал он! У тебя галюники!

Рука мужика дернулась. Послышался скрип замлевших мышц. Рот приоткрылся еще шире, и обитатель багажника смачно рыгнул.

— Мать твою налево, да что тут творится?!

Пока «труп» с влажным хрустом разминал нижнюю челюсть и делал судорожные движения одной рукой, толпа шаг за шагом отступала от машины. Всеми овладела паника. Никто ничего не понимал.

— Труп оживает! – закричал Артем не своим голосом. – Он живой мертвец! Я вам точно говорю! ЭТО ЗОМБИ!

— Мужики, атас! – поднял тревогу Егорка и ткнул пальцем в сторону двух немецких бараков. – Он возвращается!

Оттуда, из грязного замусоренного двора, к машине дерганой походкой направлялся уголовник-маньяк Леша. Его руки неуклюже сбивали белье с протянутых между турниками веревок, которые попадались на пути. Он двигался, словно марионетка, управляемая пьяным в стельку кукловодом. Колени не сгибались. Глаза стали почти полностью черными. Сквозь свой звериный оскал он фыркал и пускал слюни.