Книга 1994. Русский роман ужасов, страница 102 – Алекс Лоренц

— Что ж они за люди! – разозлился дядь Витя, поднимаясь со скрипучего дивана. – Третий раз за неделю!

— У нас еще нормально, – отозвалась тетя Таня из кухни. – Слышала, в деревнях по две недели без света сидят.

— Возвращаемся в каменный век, – сказал отец, усаживаясь за кухонный стол. – Вот бы Ельцину или Черномырдину свет отключили на пару месяцев.

Димон нашарил на стене полотенце, вытер руки и снова отправился в кухню. Когда мама поставила перед ним тарелку с картофельным пюре и котлетами, раздался настойчивый стук в дверь.

После ухода Димона Артем фехтовал обломком плинтуса с невидимым противником, а Денис складывал на земле неприличное слово из камешков.

— Слу-у-у-ушай! – Артемка уткнул обломок плинтуса в землю наподобие трости английского аристократа. – А ты видел дохлого кота во-о-о-он там, в ямке?

— Нет.

— Там дохлый кот.

— Я понял. И что?

— Давно уж лежит, мумифицировался.

— Да ладно тебе!

— Серьезно. Хочешь, покажу?

— Давай.

Артем отвел Дениса к десятому дому. Неподалеку от загаженной собаками и котами песочницы находилась небольшая ложбина. Она осталась от выкорчеванного лет двадцать назад пня. На самом ее дне лежал засохший кошачий труп. Шерсть давно вылиняла, остались только редкие выцветшие клочки. Останки напоминали рельефное изображение кошки в усыпальнице какого-нибудь египетского фараона.

— Охренеть, – сказал Денис. – Я и не замечал.

— Никто не замечает, – отозвался Артем.

Из-за своего грязно-серого цвета кошак почти полностью слился с мешаниной из прелой листвы.

Денис тронул мертвого кота носком ботинка. Послышался звук, как от постукивания о дубленую кожу.

— И правда, мумия.

— Да, можно в музей класть, под стекло.

— Интересно, давно она тут?

— Кажись, зимой еще скопытилась.

— Не повезло.

— А давай перевернем! – загорелся Артем новой нездоровой идеей.

— Да ну тебя к черту! Делать тебе нечего!

— Ну дава-а-а-а-а-а-а-ай! Ну давай, пожа-а-а-алуйста!

— Тебе надо – ты и переворачивай. Вон, у тебя плинтус есть. Поддень и переверни, если так неймется.

— Может, ты? – предложил Артем и протянул другу плинтус.

— Иди в жопу. Мне это не надо.

— Тогда не смотри, – обиделся Артем. – Ибо не заслужил.

— Да и не буду. – Денис презрительно отвернулся, скрестив руки на груди. – Не очень-то и хотелось.

Артем склонился над трупом, поддел его палкой и перевернул.

— Бля, ну и смрад от твоего кота!

Оказалось, животное не до конца мумифицировалось. Тот его бок, что лежал на земле, густо населяли мелкие живые организмы. Праздник разложения в самом разгаре.

— Переверни это дерьмо обратно, пожалуйста! – попросил Денис, подавляя рвотный позыв.

Внезапно на двор лавиной обрушился мрак: стало темно, хоть глаз выколи.

— Оп-па, – сказал Артем. – Район-то обесточили.

— Козлы, – отозвался Денис. – Задрали своими отключениями. Скоро будем при свечах жить… Переверни обратно это дерьмо: я же тебя попросил как человека! Вонь невыносимая! Ща блевану тебе прямо на рубашку!

— Да не нуди ты! Я уже давно перевернул!

— А откуда вонища такая?

— Откуда мне знать. Это не от кота, точно тебе говорю.

Запах гнили и сырой земли густел с каждой секундой.

— Что за дрисня! – выпалил Денис, вертя головой по сторонам и пытаясь привыкнуть к наступившей темноте. – Откуда этот сучий запахон?!