Книга Старый дом на краю счастья, страница 66 – Ирена Квасневская

Молчаливое объяснение перед самым отъездом положило начало долгим перепискам, многочасовым разговорам, признаниям… и даже предложению руки и сердца.

Да, меня позвали замуж по телефону.

Потом было уже и настоящее предложение, и первое свидание, и совместные поездки. Еще немного сражений с польской бюрократией, потому что когда на двоих у вас три паспорта, пожениться – это целый квест.

— Все не как у людей, – ворчит мой муж. – Другие через суд разводятся, а мы женимся!

Но тут снова надо подробнее.

Как только я услышала заветные слова, со свойственной мне решимостью кинулась в бой. Оказалось, чтобы услышать марш Мендельсона, ну или слова «Объявляю вас… отныне вы…», нужно обзавестись тонной документов.

Так как у меня два гражданства, я должна предоставить справки от обоих государств, что могу вступить в брак.

А поскольку мы оба разведены, добавляются решения суда о разводе, справки о том, что мы не только развелись, но и не вступили в другой брак за это время, справки об отсутствии препятствий для заключения брака – это могут быть недееспособность, родство, психические заболевания и многое другое.

Где-то пять томов различных справок. Причем бо́льшую часть из них нужно получить по месту прописки, а потом записаться в консульство, где подтвердят их достоверность и выдадут свою справку, что у вас есть справка. Учитывая, что ни он, ни я желанием в «государство исхода» возвращаться не желали – я по личным причинам, он по политическим – приходилось комбинировать на месте.

Время от времени то он, то я предлагали махнуть на все рукой и жить просто так. Потом опять загорались надеждой и искали экзотические варианты – поехать в Данию? В Грузию? В Лас-Вегас…

Наконец нам подсказали выход: через суд можно получить разрешение пожениться без предоставления всех этих бумажек.

Мы подали заявление и начали ждать.

Примерно через полгода нам назначили заседание. Мы нарядились, почти как на свадьбу: Андрей в костюме, я в строгом платье, прическа, макияж – все-таки такой торжественный день. Приехали за час до назначенного времени – ну, по крайней мере мы думали, что за час… – и оказалось, что время мы перепутали! Что наше заседание уже давно прошло!

Я настолько педантично отношусь ко всяким деталям, что я и «перепутать» редко встречаются в одном предложении. Не знаю, как это могло произойти. Вернее, знаю. Я последнее время так часто моталась в этот суд, что мой электронный календарь включил автозаполнение, и когда я писала «суд в 11» услужливо подставил данные предыдущей записи «суд в 14».

Совершенно обескураженная, я стояла в длинном сером коридоре суда. «Ну вот… знак судьбы…» – думала я с какой-то тупой покорностью.

Рядом, перед залом заседаний, топтался неряшливый нарушитель в наручниках, а с ним двое полицейских. Он кривлялся, морщил небритую физиономию и раскачивался из стороны в сторону.

Я бочком протиснулась мимо этой живописной группы, подошла к кабинету секретаря, чтобы спросить, что же делать, если мы пропустили заседание: подавать заявление заново или можно перенести?

Но она огорошила меня известием: оказывается, заседания не было! Его отменили, вернее, перенесли из-за болезни судьи, так что обязательно сообщат, когда состоится. Вышла немного растерянная. Интересно, как трактовать этот «знак судьбы»? И что теперь? Знак положительный, мол, судьба к нам благоволит, и даже когда мы накосячили, наш косяк прикрыли? Или все же как двойной косяк? Как будто черная кошка перешла дорогу и вернулась обратно.