Книга Старый дом на краю счастья, страница 64 – Ирена Квасневская

Самое удивительное, что и здесь совпало. Мои предки тоже из этих краев, из Виленской губернии, только его родные потом поселились на территории нынешней Беларуси, а мои – нынешней Латвии. Но не исключено, что наши прабабушки встречались или даже дружили, пока жили в одном городе.

После распада СССР, куда входили обе республики, ставшие теперь независимыми государствами, мои бабушка с дедушкой поселились в Питере… и его родственники – Янина с семьей – тоже. Причем, как оказалось, на одной улице.

То есть мы долго ходили одними и теми же дорогами и бывали в одних и тех же местах, никогда не пересекаясь, а я и вовсе родилась в двухстах километрах от места, где он прожил всю жизнь… пока не переехал в Литву.

Сестра давно звала его в Польшу, тем более что во Вроцлаве уже жила его старшая дочь, но легализоваться тут, помним, сложный квест. А в Литве получить ВНЖ при наличии работы можно за два дня. Присмотрел там домик в удивительно красивом месте.

— Всегда мечтал жить в деревне. Вот слушал рассказы мамы о дедушке, который долго шел к своей мечте – иметь землю, дом, там укореняться, и представлял, как тоже буду жить в большом доме и собирать всю семью за одним столом на праздники. Мой дед был одним из двенадцати детей, и у одного из его братьев было тоже двенадцать детей. Представляешь, какая это толпа кузенов и кузин? Мы каждое лето приезжали к нему на Троицу со всей страны, из разных городов. Там одних детей собиралось человек сорок. Спали на лавках, на сеновале…

Он рассказывает, а я представляю себе эту картину – такая шумная толпа взрослых и детей, все они родные друг другу. Спят вповалку в душистом сене, бегают по свежескошенной траве, валяются на теплых, нагретых солнцем досках в старом амбаре, где пахнет луговыми травами…

Наверное, как-то так я представляла и свой дом в будущем – пироги, чистые половики, запах чабреца, сушащегося над печкой… и большая семья, собравшаяся за столом. «Двенадцать детей, конечно, мне не осилить, – вдруг мелькает мысль. – Хотя сейчас у нас на двоих уже семь. Правда, его дети уже взрослые, вряд ли захотят жить с нами…», но в голове уже новая картинка – праздничный стол, за которым собралась вся семья. Мы сидим рядом, а на стульчике агукает младенец и тянет ручки к главному блюду.

Встряхиваю головой, чтобы отогнать непрошенное видение.

Но говорили мы не только о прошлом. Иногда о будущем. Иногда о настоящем.

— А тебя я вообще не понял. Странная. Никак не мог… классифицировать, поэтому хотелось разговаривать дальше. Не знаю, почему взялся тебе помогать – наверное, спасал самого себя. У меня все было, не было только смысла. А потом, чем больше узнавал, тем больше удивлялся – надо же, разве так бывает? И тут совпадает, и тут… но со станком, конечно, был шок…

Я смеюсь, вспоминая этот диалог.

Ну вот представьте себе, болтаете вы с девушкой и вдруг разговор у вас внезапно заходит… о станках с ЧПУ – числовым программным управлением. Это такие устройства, которые могут что-то выпилить, вырезать, высверлить, а управляет ими компьютерная программа. И вот сидим мы за кофе, обсуждаем перспективы рекламного бизнеса.

— Ну есть у меня фрезерный станок с ЧПУ, – говорю я и по удивлению в глазах собеседника понимаю, что сморозила что-то не то. – Нет, не подумай, он совсем маленький, – быстро уточняю, чтобы не напугать.