Онлайн книга «Книга Фейшеса»
|
* * * — Моя позиция предельно ясна, сеньора, – невежливо наставил на аббатису указующий перст господин Жулиа Ригау. – При поступлении в монастырь моя племянница внесла три тысячи дуро серебром, и, поскольку я ее забираю, мне бы хотелось забрать и деньги. – Он снова погрозил пальцем. – Это разумное требование. Аббатиса гневно воззрилась на палец, колыхавшийся за две пядени от ее носа, но продолжала разговор, все еще сдерживая ярость в иссохшей груди. — Сеньор Ригау, – с легким придыханием, но четко произнесла Доротея, – приданое вашей племянницы было использовано в соответствии с указаниями вышестоящих лиц. Она сидела напротив него, не облокачиваясь на спинку стула, спрятав ладони в рукава, и говорила не жестикулируя, чтобы на собственном примере показать, как нужно вести себя перед аббатисой. — Часть внешней стены, скамьи в часовне, общий ремонт, милостыня… Я могу расписать все расходы по пунктам, если угодно. — Меня не интересует ваша бухгалтерия. Верните деньги. — Мы неплатежеспособны. Ничего подобного они действительно не ожидали: никто никогда еще не требовал вернуть вклад, внесенный уходящей сестрой, хотя юридически эта возможность существовала. И ни одна сестра при поступлении не вносила такой огромной суммы. Как бы то ни было, возмущение сеньора Ригау, не привыкшего к полутонам, самым угрожающим образом нарастало. Внезапно он вскочил и прокричал так, что ужаснулись темные камни: — Я ухожу, потому что больше не желаю оставаться в этом воровском логове. Но знайте, что я не отступлю и, если понадобится, подам на вас в суд. Доротея ответила ледяной улыбкой – наполовину самодовольной, наполовину презрительной – и встала. Это была еще одна пощечина невеже. Людской суд ее не пугал, бедность – тем более. Они пошли за Кларой. Та сидела в комнатке с чемоданом на коленях, в той же одежде, в какой когда-то приехала в Ла-Рапиту, – дядя не подумал привезти ей что-то другое, чтобы переодеться. Глаза, полные слез, причины которым она сама не знала, смотрели в бесконечность каменной стены; сердце колотилось, страх мешался с головокружительным облегчением. Услышав скрип двери, она вскочила. Аббатиса и дядя вошли молча. — Поехали, Адела, – властно бросил он. — Я… Я хотела бы… Клара не осмелилась сказать, что ей хотелось попрощаться с матушкой Ирене, поблагодарить отца Жуноя, сказать последнее прости каменным стенам, навестить могилу Розалии и поплакать в тихих коридорах. Она рвалась вон из этого ада, но ей было больно: здесь остались ее слезы и страдания. Она не призналась, что будет скучать по беспощадному солнцу, по утренним туманам, по трем кладбищенским кипарисам и квадратному клуатру с сухим колодцем посредине, по колоколу сестры Эудоксии, который так ненавидела и так любила. И лишь выдавила: — Я… я хотела бы… Дядя нетерпеливо фыркнул, не в силах понять, что вдруг понадобилось Аделе, когда времени три часа дня и до постоялого двора не доехать засветло. Мать Доротея, аббатиса Ла-Рапиты, прозорливо разгадала желания и чувства Клары, но посодействовать ей не захотела. Глубоко вздохнув, она молча подошла к двери привратницкой, открыла ее и встала рядом, давая понять: пора. Спрятав руки в рукава, она ждала от Клары какого-нибудь проявления благодарности за годы заботы. Адела взяла чемодан и прошла мимо дяди к дверям. Девушка не остановилась возле аббатисы, не встала на колени, чтобы поцеловать ее крест, даже не кивнула в знак уважения. Она прошла мимо матери Доротеи, в отместку ей глядя прямо перед собой и напевая забытую мелодию трехлетней давности. Когда Ригау вышел, они услышали, как за ними захлопнулась дверь. Они остались в привратницкой одни. Клара взглянула на проходную. За ней, наверное, плачет Эудоксия. Ворота обители были открыты. Клара подумала: сестры собрались на молитву Девятого часа, а после вернутся к вечным трудам, связующим дни и годы. Она затосковала по Ла-Рапите, еще не переступив ее грубых, квадратных ворот, сработанных без стиля и изящества. Снаружи их ослепил безжалостный свет. Адела села в раскаленный жарой Ла-Рапиты экипаж Ригау и даже не обернулась, чтобы проститься с нелепым зданием. |