Книга Нерушимые обеты, страница 118 – Мария Акулова

Опускает на кровать, ловит новый испуганный взгляд.

Слышит за спиной копошение – это врач заходит следом. Ставит сумку на столик и начинает оттуда что-то доставать.

— Мне нужно будет осмотреть вас…

Он обращается к Полине, но за неё кивает Гаврила. Берется за верхнюю пуговицу на её домашней рубашке…

Поля пытается отпрянуть и снова мотает головой, превозмогая боль. Но Гаврила настаивает. Расстёгивает одну за другой, обнажая ключицы, движется вниз.

Ему одновременно страшно и важно смотреть на её тело. Неизвестность пугает больше, чем всё остальное.

Он всё видит — бордовые подтеки. Сука. Маленькие. Побольше. Синяки постарше...

Когда на плечо ложится рука Кости, Гаврила не тормозит. Поворачивает голову и смотрит предостерегающе.

— Мы выйти должны, её врач осмотрит. Понимаешь?

С осторожным предложением Кости разумно согласиться, но у Гаврилы мороз по коже от мысли, что Поля может остаться одна.

Она уже была одна. Он уже оставил.

Гаврила долго смотрит на друга, всё так же держа пальцы на недорасстегнутой рубашке. Его борьба длится не меньше минуты, заканчивается же длинным выдохом и упавшими безвольно руками.

Он улавливает Полино облегчение, которое выходит из её легких с воздухом, стоит ему распрямиться. А еще чувствует провожающий его взгляд.

Только сам старается больше не смотреть, чтобы не вернуться.

Она не испарится. Не убежит. Её у него больше не украдут. Ей здесь ничего не угрожает. Ему просто нужно подождать за дверью. Он повторяет это раз за разом, движась к двери. Не смотрит ни на кого, но всё фиксирует.

Врач продолжает раскладывать что-то на столе. Оглядывается и обращается к Поле:

— Расстегните блузку, пожалуйста… – Его просьбу Поля исполняет. Шелестит ткань.

Костя подходит сзади.

Гаврила слышит негромкое:

— Вдыхать больно?

— Да.

— Покажете, где болит…

— Хорошо, — с плечей Поли со свистом съезжает ткань.

Гаврила жмурится, чтобы не оглянуться.

— У вас есть хронические заболевания?

— Нет.

— Беременность? – сердце Гаврилы ускоряется, он шагает за порог комнаты. Наверное, сам хотел бы успеть скрыться раньше, чем услышит ответ, но в затылок бьет внезапное Полино:

— Нет. Я не беременна.

Полина заснула под действием обезболивающего. Она так морально и физически устала, что ныряла в сон, не чувствуя ничего. Хотелось просто отпустить ситуацию. Не было сил держаться за трезвость мысли. Куда-то бежать. Что-то делать. Она забыла о перечне своих «должна» и упала на черное дно.

Проснулась ещё ночью из-за того, что нужно в туалет. В незнакомой комнате, на незнакомой кровати. С ноющей болью в теле, которое яростно пинали почти час.

С пониманием, что ей нужно встать. Она видит очертания ведущей в уборную двери. Эта миссия даже отдаленно не напоминает одну из невыполнимых, но от мысли, что придется минимально напрячься, её уже мутит.

Она закрывает глаза и просто дышит, надеясь, что уплывет обратно в сон, но его, как на зло, словно рукой сняло.

Полина улавливает краем уха звук чужого дыхания, открывает глаза и немного щурится.

Сердце ускоряется, пусть увиденное и ожидаемо.

На полу, рядом с не её широченной кроватью, сидит Гаврила.

Спит или нет – Полине непонятно. Его голова запрокинута на матрас. Одна рука устроена на согнутом колене. Вторая, наверное, упирается в пол, но этого девушка не видит.