Книга Невеста, страница 25 – Мария Акулова

Мы с посетительницей в унисон выдаем:

— Ой.

Кажется, в унисон же друг друга узнаем.

Я вижу Майю, младшую сестру Вячеслава Тарнавского, второй раз в жизни. Не делаю и не думаю ничего плохого, но ужасно волнуюсь. Щеки розовеют. Встаю с кресла и обхожу стол.

— Здравствуйте, вы к судье Тарнавскому? — Не просто хочу, а прямо-таки жажду произвести положительное впечатление.

— Здравствуйте, да… — но пока что Майя внимательней меня изучает. Наверное, не понимает, почему я подорвалась. А я… Мне важно быть для них хорошей. Достойной.

Даже если они не знают, кто я.

Я нервно улыбаюсь и предлагаю:

— Может кофе?

Но Майя сужает глаза и качает головой.

— А я тебя помню… А ты меня нет? Юля же, да? Мы когда-то отдыхали параллельно в Харвесте. Ты была с парнем… Игорем… А я с душнилой, — Майя кивает на дверь в кабинет судьи и закатывает глаза. А я давлюсь воздухом и прокашливаюсь.

Мечты о положительном впечатлении вдруг осыпаются. Сначала была «с парнем», потом… Явлюсь с душнилой. Они, наверное, решат, что я непостоянная.

— Ой, извини. С Вячеславом Евгеньевичем. — Майя исправляется, улыбаясь. Снова рассматривает меня. — А ты давно здесь работаешь? Я не знала… Слава ничего тогда не говорил…

Улыбаюсь вяло. Слава тогда убить меня хотел. Что он мог сказать?

Знакомьтесь, моя крыса?

Но сестре его я это не уточню.

— Я слушала у Вячеслава Евгеньевича курс в Университете. Он шикарный преподаватель и юрист. Когда появилась возможность устроиться к нему на работу — я была рада.

Пою своему судье дефирамбы, пряча загоревшиеся уши под волосами.

И выслушать-то Майя их выслушивает, но потом подается вперед и, приложив ладонь к губам (как будто нас может кто-то подслушать), тихо произносит:

— Если он держит тебя в заложниках, Юля, моргни. Мы тебя вызволим, — улыбается мне, подмигивает.

Хорошо шутит. Правда, хорошо. Но я в ответ улыбаюсь кисло.

Его семья вообще не в курсе, что происходит в его жизни. Наверное, это хорошо. Или все же нет?

— Спасибо, меня вызволять не над…

Запинаюсь, уловив боковым зрением движение, и резко дергаю головой в сторону двери в кабинет судьи.

Тарнавский открывает дверь решительно и резко. Я пересекаюсь с ним взглядами и ощущаю неуместную, казалось бы, неловкость.

Опускаю глаза. Он поворачивается к Майе.

Это нормально, но… Бух. Чувствуется, как подзатыльник.

Что будет дальше — плюс-минус понятно. Сейчас нужно собраться и не обижаться. Все по плану. По нашему плану. Согласованному. Разумному. Мы не светим личным перед посторонними. Даже если посторонние — наши семьи.

— Ты еще хуже, чем я думала, Слава! — Майя не здоровается с братом и не ждет его приветствий, а сразу набрасывается с полушуточными, но очень даже убедительными обвинениями.

Я делаю шаг в сторону. Как будто посторонняя здесь я. Мое место перед сестрой занимает Слава.

Вдохнув, задерживаю дыхание. Смотрю на него украдкой. Он выглядит расслабленным и спокойным. Складывает руки на груди и приподнимает бровь.

Знаю эту манеру. Ревную даже к младшей сестре.

— Почему же? — Тарнавский спрашивает обманчиво спокойно. А Майя ожидаемо тут же взрывается. Она очень эмоциональная. Очень.

— Мне так классно было с ребятами! Ты меня выдернул, на цепь посадил и ни слова не сказал, что в той компании — твоя помощница!