Книга Невеста, страница 27 – Мария Акулова

Начавшееся с абсолютной гармонии утро расцветает новым обеденным недоконфликтом, который Майя не замечает.

— Он не всегда таким душным был, Юль. Это, наверное, кризис среднего возраста. Сколько тебе, папочка? Забываю постоянно… Сорок, пятьдесят? Тебе молодых уже не понять, прости… — Майя разводит руками.

— Тридцать три… — Выпаливаю и тут же жалею. Запоздало прикусываю язык.

Конечно, Майя прекрасно это помнит. Смотрит на меня внимательней. А я тем временем куда-то между братом и сестрой.

Новая пауза — явный признак того, что лишним стоит удалиться.

Глубоко вдыхаю, тараторю:

— До свидания.

Разворачиваюсь и дохожу до двери. Успеваю взяться за ручку и нажать ее, а затем вынужденно оглядываюсь, слыша:

— Юля.

— Да?

Скажи что-нибудь, чтобы мне стало легче, Слава. Пожалуйста. Помоги почувствовать собственную ценность для тебя.

— На связи. Закончишь — маякнешь. Я жду. — Читаю в карих глазах "давай без глупостей" и чувствую, как во рту становится горько.

Наверное, ему не хочется снова объясняться и тушить мои пожары. Утомительно очень часто вспоминать, что мне двадцать. Что я глупая. Вспыльчивая. Что всякие мелочи бьют по самооценке и самоценности.

Хух, ладно, Юля. Соберись.

— Конечно, Вячеслав Евгеньевич. Только в Балку не идите сейчас. Я слышала, там сесть без брони невозможно. Хотя… У вас же бронь, наверное.

Сама же себя зачем-то бью. Закрываю рот и выхожу, чувствуя себя глупой-глупой.

Юля

Настроение стремительно катится вниз по кочкам этого «особенного» дня.

Я не успеваю толком пережить свой побег из приемной судьи, а начавшийся семинар по Отдельным аспектам уголовно-правовой квалификации «радует» практической, которую мы делаем, поделившись на пары.

Удивительно, но староста Лиза Смолина, имея бесконечное множество новых подружек, оказывается невостребованной.

И я бы может позлорадствовала, но настолько же невостребованной оказываюсь я и преподаватель объединяет нас в пару.

На этом моменте мне хочется точно так же быстро забросить вещи обратно в сумку и свинтить уже из университета, но сцепив зубы, терплю.

Лиза показательно неспешно подходит к моей парте. Опускается рядом и вздыхает.

Усилием воли гашу перед глазами вспышки.

Фоном слышу объяснение преподавателя, который разносит по партам карточки с задачами.

— У каждой пары своя фабула. Ситуации не повторяются. Составы тоже. Ваша задача — квалифицировать действия правильно и описать состав совершенного преступления. Или объяснить, почему вы считаете, что состава в предложенной фабуле нет.

В других обстоятельствах у меня уже чесались бы ручки в ожидании нашей с Лизой бумажки, но сейчас раздражение только растет.

Его усиливает исходящее от бывшей подруги тепло и наше нежелание даже случайно друг друга касаться. Я невпопад вспоминаю, что весь пятый курс Лизина голова провела у меня на плече, а теперь…

Когда карточка опускается на нашу парту, мы с Лизой одновременно тянемся за ней и дергаем в разные стороны. Пересекаемся вражескими взглядами. Готовы устроить очередную войнушку на ровном месте, но соревноваться даже в таком настолько тупо, что я отпускаю лист, Лиза же берет его, как будто реально чувствуя себя победительницей. Дурочка.

Читает, а я тем временем смотрю на пустую доску.

Интересно, они уже пообедали или нет? О чем говорили? Майя упомянула перед мамой Славы, что встретила его новую помощницу? Мама спросила, что за девушка? А Слава что ответил? Отмахнулся… От меня?