Онлайн книга «Псих»
|
— Иван Сергеевич доложил мне вкратце о досадном недоразумении, — Директор пододвинул к себе тонкую папку, открыл её на первой странице. Даже не смотрел в бумаги — просто держал руку на них. — Хочу услышать твою версию. Только, Виктор, давай без сказок. Мы оба взрослые люди. Хм. «Мы оба взрослые люди»… Начинается. Знаю я это замануху. Так говорила тетка перед тем, как отправить меня в Инкубатор. Так говорил врач в больнице, куда привезли родителей после аварии. — Подметал двор возле теплицы, — начал я как по бумажке. — Штык, то есть Дмитрий, тащил мешки с листвой. Споткнулся о свой же мешок и упал. Через несколько секунд начал орать и хвататься за голову. Кровь пошла. Я к нему подойти не успел — прибежал Иван Сергеевич. Директор молча смотрел на меня, будто ожидал уточнений. Пришлось добавить. — Я его пальцем не тронул. Свидетель есть. — Люк Сиротин, — Эрик Робертович кивнул, соглашаясь. — Знаю. Мальчик из младшей группы. Хорошая характеристика, отсутствие нареканий со стороны воспитателей. По идее, ему нет смысла тебя покрывать. Он подтвердил твои слова. Я мысленно усмехнулся. Вот именно, смысла нет, а покрывает. Ну с пацаном чуть позже перекинусь парой слов. В обычную бескорыстную доброту не верю. Скорее всего мелкому что-то нужно. Директор замолчал. Я как бы тоже не собирался проявлять инициативу. Повисла неловкая пауза. Вернее, неловкой она была для меня. Очевидно, предполагалось — нужно что-то сказать, но в мои планы доверительные разговоры точно не входили. А вот Эрик, чтоб его, Робертович оставался совершенно спокойным. Дымка вокруг него не шевелилась. В ней не было ни намёка на подозрение, недоверие или злость. Гладкое, ровное марево. Это напрягало сильнее, чем если бы он орал. «Шифруется, сука…» Голос в моей башке звучал задумчиво, оценивающе. «Значит, подозревает, с чем имеет дело… мудила…» Я чуть не матернулся сквозь зубы. Вот и мой личный массовик-затейник активизировался. Но конкретно сейчас дело даже не в этом. Кем бы не была эта сволочь в моей голове, она точно понимает в происходящем больше, чем я сам, однако пояснять не торопится. Что значит «подозревает, с чем имеет дело»? Почему даже какой-то сраный директор хотя бы догадывается о чем-то, а я сижу идиот идиотом? Я тоже охренеть как не против узнать, с чем имею дело. — Виктор, — директор снял очки, положил их на папку. — Понимаешь, ситуация неоднозначная. Воспитанник Федотов сейчас находится в медблоке. Наш врач говорит, что состояние тяжёлое. Кровоизлияние. — Эрик Робертович потёр переносицу двумя пальцами. — Такое ни с того, ни с сего не случается. Что-то же его спровоцировало, как думаешь? Я вытаращился на директора с максимально искренним, тупым удивлением. — Откуда же мне знать? Надо спросить нашего доктора. Может у воспитанника Федотова слабенькое состояние здоровья. Может, он устал. — Хорошо. — Эрик, чтоб ему обосраться, Робертович вернул очки на место, на свою переносицу. — Давай тогда не про Федотова. Давай про тебя. Ты сам-то как себя чувствуешь? Пожалуй, если бы руководитель Инкубатора прямо сейчас вскочил с кресла и показал мне голую задницу, я удивился бы гораздо меньше. Он что, реально интересуется моим здоровьем? В чем прикол? За три года никто ни разу не спрашивал, как я. С чего такие новости? |