Книга Псих. Расплата, страница 88 – Павел Барчук, Павел Ларин

Самое время наведаться к Вектору.

Барсукова нашёл на пятнадцатом этаже, в бассейне. Одетого полностью. Плавать он явно не собирался, просто хотел побыть один. Кроме него здесь больше не было членов Девятки. Одарённый сидел на полу у дальнего окна и пялился на город.

Я опустился рядом. Молча, без никому не нужных приветствий, прикрыл глаза, нырнул, приглушил боль. Вектор выдохнул, расправил плечи, серость на его лице снова чуть отступила.

— Спасибо, — буркнул он.

— Слушай, — начал я вместо обмена любезностями. — Есть новости. По тебе.

Вектор покосился на меня, но ничего не сказал. Ждал.

— Тебя можно вылечить, — рубанул я прямо в лоб. — Есть средство. Вакцина, стабилизатор, чёрт знает, как оно там называется. Штука, которая остановит твою болезнь.

Барсуков смотрел на меня секунды три. Потом усмехнулся. Криво, устало.

— Ты либо дурак, либо издеваешься, — сказал он. — Панацея отказалась, сказала, это невозможно. Сам светлый ангел Конфедерации. А ты, пацан, значит, умнее её. Нашёл лекарство. Ага.

— Она соврала, — пожал я плечами. — Сегодня тренировался, лазил в голову нашей блондиночке. Набираюсь опыта. С одарёнными самое то. В процессе наткнулся на одну интересную инфу. Имеется в Центре Реабилитации закрытый блок. Корпус «Д». Думаю, ты про него знаешь. Вы все про него знаете. Там среди вакцины, которую используют для создания одарённых, лежит средство для тебя.

— Брешешь, — сказал Барсуков. Но как-то неуверенно.

В первую очередь его смутило то, что я чётко назвал место, где находится закрытый блок, и спокойно говорил о сыворотке для создания одарённых. По мнению Вектора, новый член Девятки мог узнать это только одним образом. Реально залезть в башку кому-то из коллег. Барсуков же не в курсе, что их предводитель ещё пару дней назад устроил мне забавный экскурс в историю.

— Ну как хочешь, — легко согласился я. — Дело твоё. Не веришь — не верь. Мне-то что.

Поднялся, отряхнул зад. Развернулся, собираясь уходить.

— Хотел как лучше, — бросил через плечо. — А ты уж сам решай, подыхать тебе или как. По хрену, честно говоря.

Двинулся к лифту. Медленно.

— Погоди, — тихо окликнул меня Барсуков.

Я продолжал идти, игнорируя его просьбу.

— Да погоди ты, сказал! — в голосе Вектора появились отчаяние и мольба.

Только тогда остановился и обернулся.

Одарённый вскочил на ноги и теперь смотрел на меня с надеждой.

— Ты уверен? — спросил он тихо. — Точно не ошибся? Не показалось тебе там ничего?

— Нет, — изобразил на лице сомнения. — Не уверен. Я телепат без году неделя. Мог что-то не так понять, мог не туда залезть. Гарантий никаких.

Вектор моргнул. Не ожидал, похоже, такого откровенного ответа. На то и был расчёт, дурачок.

— Но вот что скажу, — продолжил я. — Меня кое-что сразу зацепило, ещё там, на завале. Как так — тебя вылечить нельзя? С чего вдруг? Панацея простецов чуть ли не с того света вытаскивает пачками, а своего, из Девятки, бросила подыхать. Странно же. Вот я и полез именно за этой информацией. Искал в башке нашей красотки конкретно тебя. Почему нельзя помочь. И нашёл.

Выдержал паузу, позволяя Барсукову проникнуться, только потом продолжил:

— Оказалось — можно. Просто тебе врут. Зачем? Не знаю. Это уже другой вопрос.

Вектор молча смотрел на меня, переваривал.