Книга Зови меня Волком, страница 248 – Лина Славянова

— Мне не нужно, чтоб ты сейчас кровью изошёл и сдох, – поднимая его на ноги, пояснил Волк. – Иди.

Он толкнул Косого в спину и направил к мосту.

Косой подорвался и побежал к дороге. Волк поднял с земли один из ножей и бросил в след. Лезвие вошло в голень по рукоять. Косой рухнул на землю.

— Я сказал идти, а не бежать! – подходя к нему, велел Волк.

Волк за шкирку поставил Косого на ноги и брезгливо сморщился, заметив, что тот обмочился.

— Иди к мосту, – снова толкнул его в спину Волк.

Косой с ужасом поглядел на Волка и, заваливаясь на бок, поковылял к реке.

Затолкав приятеля под мост, Волк сел на землю. В слободе проорал петух. Небо медленно наливалось светом.

Косой замычал и закивал головой, точно курица. Волк вытащил тряпку у него изо рта:

— Что-то вспомнил?

— Пить.

Волк снял у него с пояса мех и ткнул в рот.

— Кого ты ждёшь? – прохрипел Косой. – Ты же не станешь меня убивать…

— Отнюдь, – покачал головой Волк, всматриваясь в горный хребет.

— Брешешь. Зачем бы тогда мне руку завязывать? Ежели бы хотел убить…

— Если не тебя, то мне придётся убить другого, возможно, хорошего человека. Я не люблю убивать хороших людей, – зло прорычал Волк.

— Ты безумец! – прошептал Косой.

— Хуже, – Волк снова заткнул ему рот.

Солнце лизнуло речную гладь и разлилось по желтоватой осенней траве на берегу. Косой побледнел и заорал неистовым нечеловеческим голосом. Неуклюже перебирали по земле его ноги и перевязанная рука. Он пытался ползти или хотя бы встать.

Волк шёл вдоль берега. Свернув к мельнице, обошёл огородами Оружейную слободу. Сегодня он проснулся далековато. Луна уже уходила, когда он добрался до дома Леруськи. Все двери были заперты. Стучать пришлось долго.

— Кто там? – наконец, раздался сонный бабий голос.

— Свои, Лерусь, свои, – как можно мягче ответил Волк.

— Я не жду никого.

— Беда случилась. Мужик твой дома? Помощь нужна.

— Сейчас.

Противно скрипнул засов. Волк дёрнул ручку задвижки и плечом высадил дверь.

— Ты что же? – вскрикнула баба.

Не давая ей опомниться, он схватил её, закрыл рот рукой и велел:

— Лучше беги отсюда. Как можно дальше.

Баба стала брыкаться, пыталась лягнуть его. Волк устало глянул на стену, сдёрнул с гвоздя тряпицу, засунул ей в рот и поволок бабу в сарай. Наспех связав ей руки и ноги, запер её там. Глядишь, по утру соседи найдут.

Бык уже сидел на лавке. Он смачно зевнул, почёсывая грудь, и, услышав, как скрипнул засов, спросил:

— Кого ещё нелёгкая принесла?

— Меня, – прохрипел Волк, заходя в избу.

Бык нахмурил брови, присматриваясь:

— Погодь. Я свечу зажгу.

— Не нужно, – отрезал Волк, взяв ухват.

— Ты спокойнее, сынок, – примирительно поднял руки Бык. – Я что-то не признаю тебя никак. Поди поближе.

Не сводя глаз с быка, он подошёл к окну и затворил ставни. Затем к другому. На подоконнике стоял огарок толстой свечи.

— Ежели тебе света мало, я подсоблю, – запирая окно, произнёс Волк.

— Щенок, ты, что ли?

— Угадал, – Волк указал ухватом на дальний угол, вытаскивая поясной нож, – Разговор есть.

— Что же ты так… – присматриваясь к нему, произнёс Бык, – среди ночи?

— Днём не моё время. Ты давай не дуркуй, и без шелопутства.

— Я тебя не пойму. Как не человек… Припёрся среди ночи! Где баба?

— Погулять пошла. Сегодня не жди.

— Ты что же её…