Книга Кайкейи, страница 30 – Вайшнави Патель

Я щелкнула поводьями, и колесница рванулась вперед, но мне удалось удержать равновесие. Я была одним целым с колесами, с лошадьми, с миром. Мы гарцевали по полю, пока наконец прилив сил не стал ослабевать, и я не вспомнила о своем зрителе.

Сошла с колесницы, стараясь казаться спокойной и сдержанной. Лицо у Юдхаджита было каменное, плечи понурились в явном разочаровании, и я почувствовала легкую виноватость.

— Ты хороший учитель, – сказала я.

— Нет, – возразил он и словно встряхнулся. – Но ты… ты была великолепна, Кайкейи!

Я совершенно не ожидала такой похвалы.

— Правда? – переспросила я.

— Ты прирожденная наездница. – Брат закрыл глаза, глубоко вздохнул и улыбнулся мне. – Тут ты, пожалуй, еще меня поучишь.

Потом Юдхаджит пересказывал мне уроки своих наставников и описывал по памяти маневры, а я выясняла, как заставить лошадей на них реагировать, и получилось так, что мы оба учили друг друга.

Так мы тренировались до самого сбора урожая и потом, в холода, кутаясь в грубые шерстяные плащи, чтобы не замерзнуть. Было так холодно, что мы видели парок от собственного дыхания и знали, что через пару месяцев тренировки на колесницах придется на время прекратить. Едва потеплело, как стало ясно, что вот-вот начнутся дожди. Земля превратится в грязь, и если верхом еще можно будет ездить, то на колесницах никак. Грязь могла в один миг уничтожить то, над чем мастера трудились месяцами.

Как-то вечером на горизонте показались грозовые тучи, и воздух стал почти влажным. Мы выехали, молчаливо условившись, что это будет наша последняя тренировка, но, когда прибыли на обычное место, я увидела, что там стоит вторая колесница с лошадьми.

Я оглянулась с опаской: не разоблачил ли нас какой-нибудь недоброжелательно настроенный советник?

— Не смотри так серьезно, – со смехом сказал Юдхаджит. – Это я пригнал ее сюда только что, а потом поскакал за тобой.

— Но как? – спросил я. – Это же покажется странным, если?..

— Никто не задает таких вопросов.

Юдхаджит спрыгнул на землю, сияя от восторга при мысли о собственной находчивости, а я прикусила язык. Меня то и дело расспрашивали советники и знатные дамы – куда я направляюсь? Чем занята? Почему именно здесь, а не где-нибудь еще? Это было, пожалуй, самое полезное применение Плоскости Связи – постепенно я привыкла инстинктивно прибегать к ней, чтобы отводить от себя любые нежелательные вопросы. Мысленно бралась за связующую нить, легонько натягивала ее и говорила: «У тебя есть важные дела в другом месте» или «Кайкейи очень ответственная, тебе не о чем беспокоиться».

— Подумал, можно попробовать посоревноваться.

Я посмотрела на брата скептически.

— Нет смысла двум возницам состязаться друг с другом, если они не везут воинов.

По тому, как Юдхаджит заморгал, я поняла, что он не до конца продумал этот вопрос. Лицо у него слегка вытянулось, и я тут же пожалела о своих словах. Он ведь так старался, чтобы удивить меня.

— Знаешь что? – сказала я. – Может, устроим состязание на лесных тропинках? Там много препятствий. Это была бы прекрасная тренировка.

Юдхаджит улыбнулся так широко, что можно было пересчитать зубы у него во рту.

— Давай наперегонки к реке? – радостно предложил он. В нескольких сотнях шагов от того места, где мы стояли, на границе леса и холмов, протекала небольшая речка. Скоро она вздуется и станет опасной, но до тех пор пройдет еще немало часов. Я кивнула, Юдхаджит забрался в свою колесницу и подогнал ее к моей, встав рядом.