Книга Когда имеешь дело с драконами, страница 89 – Дана Свифт

С дополнительным рывком заветный «приз» все же влетает мне в руку. А может, мне и не нужны уроки с серебром.

На щеках Джеймса появляются ямочки.

— Я справился лучше, чем думал.

— Это потому, что я отвлеклась, – признаюсь я прямо, без колебаний.

— Отвлеклась? На что? – В его голосе звучит недоумение.

Мне стыдно за свое оправдание, даже если оно правдиво. Как, черт возьми, я могла отвлечься на его предплечья? Два месяца назад я не понимала, почему девушки хихикают над чьей-то привлекательностью. Не просто потому, что кто-то милый, а из-за настоящего влечения, даже если они едва знают парня. А теперь я впадаю в ступор от подобного.

— Ни на что. Просто не сконцентрировалась, – бормочу я.

Джеймс бросает серебро обратно на стол.

— Еще раз?

— Да.

Я выигрываю девять раз из десяти. Свист чайника сбивает нас с одиннадцатого раунда, и металл падает на пол, ближе к Джеймсу.

— Этот должен был быть моим, – заявляет он, наливая кипяток.

— Мечтай.

У меня вспотел лоб. Я быстро вытираю его, не желая, чтобы Мёрфи знал, как непросто мне было удерживать этот серебряный кусок в самом конце.

Когда он возвращается с чашкой воды, то поднимает металл с пола, задумчиво глядя на него.

— Мне следовало научить тебя измельчать его.

— Мёрфи, я умею измельчать. Этому учат еще на первых занятиях по ремеслам, знаешь ли.

По его лицу видно, что он этого не знает.

Как в нашей игре в «толкай и тяни», мы начинаем крошить металл, и снова возникает соревнование, на этот раз невысказанное. Кто измельчит быстрее, а кто с большей точностью? Мы стараемся изо всех сил, пока перед нами не оказываются крошки, похожие на пыль.

Это похоже на совместную тренировку. Мы соревнуемся друг с другом, но впервые, чтобы создать что-то.

— Я всегда хотела тренироваться с тобой по утрам перед занятиями, – признаюсь я.

Его рот открывается, и он перестает измельчать.

— Почему ты никогда не спрашивала? – хмурится он.

— Потому, что ты – это ты, а я – это я. – Я машу рукой между нами, как будто этого достаточно для объяснения. – О чем я могла тебя попросить? Практиковаться со мной на меди? А когда я стала уметь больше, чем просто обрабатывать медь, я очень боялась, что ты заметишь мою силу.

— Хорошо, последнее время имеет смысл. Но до этого? Ты помнишь, как я подходил к тебе все те разы?

— Имеешь в виду, когда ты подходил и критиковал меня? Как я могу забыть!

Я приправляю свои слова сарказмом.

Его щеки заливает румянец.

— Я пытался помочь.

— Критикуя меня?

— Я не… не очень хорошо умею общаться с… людьми.

— Тем не менее все хотят с тобой поговорить.

Он замолкает, и я жду, когда он продолжит.

— У меня есть… маска. Я вынужден вести себя определенным образом со своей семьей. В том числе на гоночных трассах. А в школе меня воспринимают как… дракона, которого можно использовать, чтобы продвинуться по социальной лестнице.

Я замираю, наконец-то осознавая. Холодность. Безразличие. Идеальная маска, на которую я велась снова и снова.

— А какой ты настоящий?

Почему-то я спрашиваю это шепотом, но Джеймс сосредоточенно начинает обдумывать вопрос. Затем мои мысли сбиваются. Я хочу, чтобы он подтвердил, что парень передо мной, достаточно милый, чтобы помочь мне заварить серебряный настой, – это и есть он.

— Все гораздо сложнее, чем кажется. Да, я ношу маски, но… – Он потирает затылок. – Возможно, аналогия с масками не совсем удачная.