Книга Судьбы мертвых, страница 95 – Тесия Цай

Мое горло внезапно пересохло, когда я сказала:

— Правда в том, что… что Жэнь на самом деле близок… к принцу Лициню. И он не художник. То есть художник, но это не его профессия…

Небо, это было так неловко – попытки распутать ложь, которую я сплела в столь тугой узел. Мне никогда не приходилось так признаваться раньше. Я поняла, что ужасно путаюсь в словах.

Фэйлинь, что понятно, пребывала в замешательстве:

— В каком смысле – «не его профессия»?

— В том, что ему не платили. По крайней мере, я так не думаю…

— Так он рисовал для принца в качестве услуги?

— Нет! То есть я не знаю, может, иногда, поскольку они братья…

Ее глаза расширились.

— Братья?..

— Ох! – Мой желудок был похож на рыбу на суше, бившую плавниками в поисках воды. – Ну, они… простите, да. Они… они братья. Жэнь – принц. Второй принц Сыань.

Фэйлинь пораженно уставилась на меня. Я поймала ее взгляд и прочла в нем потрясение, удивление, тревогу – но не злость. По крайней мере, пока.

— Фэйлинь, – начала я. – Простите, что не сказала вам правду с самого начала. Но именно поэтому я думаю, что Жэнь сможет убедить отца…

— Что ты сказала?

Мы обе подпрыгнули от голоса, который прозвучал из-за моей спины.

Я резко обернулась. Мастер Чжан стоял в полулокте от нас, взирая на меня холодным взглядом. Его серо-зеленый пао и волосы с проседью отлично смотрелись на фоне пейзажа. Он мог бы показаться лесным духом из детских сказок, если бы не вполне человеческая ярость, направленная на меня.

— Мастер Чжан, – сказала я, объятая ужасом с ног до головы. – Прошу, послушайте меня…

— Этот мальчишка и правда сын царя? – перебил он.

Я захлопнула рот. Но мое молчание было столь же обличающим, сколь и правда.

По лицу старика пробежала тень, его серая аура усилилась, и я поняла, что совершила ужасную ошибку. Облака так некстати закрыли солнце, принеся вместе с внезапной прохладой холод, исходивший от мастера Чжана. Ершистый старейшина Сятана исчез. Передо мной стоял злой дух, убивший целый взвод обученных царских солдат. Одной лишь своей волей он затащил их беспомощные тела на дно пруда, оставив там умирать. И, глядя в его глаза, черные, как грозовые тучи, я поняла, что он с удовольствием поступит так же с Жэнем, сыном его величайшего врага.

— Нет, – задохнулась я.

Но было уже поздно.

В мгновение ока дух мастера Чжана превратился в ничто. И все же я знала, что он не исчез – лишь перенесся в другое место: в тот самый городок, где я оставила Жэня одного и без защиты.

Я приказала Фэйлинь найти мать, а потом помчалась обратно в деревню.

Рынок Сятана пребывал в полнейшем беспорядке. Ларьки перевернуты, масло и вода из упавших казанов расплескались по земле, побитые и измятые продукты лежали кучами на улицах, а испуганные козы носились в поисках безопасного места. Жители тоже бежали от разрушения в панике, останавливаясь только на расстоянии, чтобы можно было безопасно посмотреть на сердце хаоса.

Я проследила за их взглядами до брошенной телеги, заднее колесо которой было расщеплено, как нога хромого калеки. За ней стояла витрина в процессе ремонта, и ее деревянные леса, казалось, вот-вот грозили рухнуть.

Однако мое сердце чуть не остановилось, когда я увидела Жэня, скорчившегося рядом с телегой. Струйка крови стекала по его виску, а талисман пропал.