Книга История дворца Куньнин. Книга 2, страница 18 – Ши Цзин

— Тот самый Чжан Чжэ, который подал докладную записку на тысячника Чжоу? – уточнил младший наставник.

Чэнь Ин, с интересом изучая лицо собеседника, усмехнулся:

— Именно. Довожу до вашего сведения, господин Се, что человек он толковый и хорошо выполняет свою работу. В уголовных делах весьма сведущ и все статьи закона помнит назубок. Только нрав у него резкий и несговорчивый. С людьми сходится плохо. Прошло всего несколько дней, как его перевели в Департамент чистоты службы, а люди из Северного следственного управления Тайной стражи уже несколько раз приглашали меня на пиры, чтобы заручиться поддержкой. Признаться, я все еще колеблюсь. Что вы посоветуете, господин Се?

Прежде Чжан Чжэ был секретарем Палаты наказаний, который нажил себе врагов в Тайной страже, подав императору докладную записку на тысячника Чжоу. Однажды на заседании Государственной канцелярии Шэнь Лан в присутствии ученых советников даже обвинил его в неумении лавировать и в склонности доставлять лишние хлопоты. В конце концов, Тайная стража подчинялась исключительно императору. Но, невзирая на недовольство, Шэнь Лан росчерком писчей кисти все-таки перевел Чжан Чжэ в Департамент чистоты службы, повысив до шестого ранга, хотя и лишив влияния при дворе. И все-таки от должности его не отстранили, что говорило о благосклонности императора. К тому же…

Глаза Се Вэя едва заметно блеснули.

— Глава Палаты наказаний, господин Чжэн, достиг преклонного возраста и в прошлом году уже подавал прошение об отставке, – сказал он, глядя на Чэнь Ина. – Тогда император ответил отказом, сославшись на отсутствие преемника. Кстати, как раз в этом году истекает срок полномочий цензора Хэнаньского округа, Гу Чуньфана. Именно он всеми силами продвигал Чжана, его стараниями рядовой писарь поступил на службу при дворе. Пить вино и пировать за чужой счет не возбраняется, а что делать дальше, решать лично вам.

У Чэнь Ина екнуло сердце. Он сразу понял намек: Гу Чуньфан вскоре станет его прямым начальником, а значит, Чжана лучше не трогать. Сообразив, что ошибся в расчетах, помощник главы Палаты наказаний втянул носом холодный воздух и поклонился.

— Благодарю господина Се за наставление.

— Сейчас у меня много дел. Загляните через несколько дней, – спокойно ответил тот.

— Как прикажете, – отозвался Чэнь Ин.

Се Вэй больше не стал тратить слов, распрощался и, заложив руки за спину, направился к павильону Уин^[21].

Комитет по составлению династийных историй принадлежал академии Ханьлинь и размещался в восточном и западном флигелях павильона Уин. Его основная задача сводилась к написанию исторических хроник и биографий заслуженных государственных деятелей.

Утренняя аудиенция при дворе императора только что завершилась, и служащие комитета пили чай. Обычно за чаем они обсуждали прошедший прием или интересные новости из провинций, а если настроение позволяло, декламировали стихи или рассуждали о литературе.

Но сегодня в зале царила гнетущая атмосфера. Глава комитета Чжан Чжун уставился на восемь копий «Наставления женщинам», лежащих на его столе. От злости его лицо стало багровым. Он открыл верхнюю книгу в стопке и увидел грязь на страницах, будто ее швырнули на пол. В его глазах вспыхнул гнев. Молодой евнух, который принес книги обратно, невольно втянул голову в плечи. Спустя мгновение раздался оглушительный стук – это Чжан Чжун хлопнул ладонью по столу, вскочил на ноги и закричал: