Книга Поменяемся?, страница 69 – Алайна Салах

Мои опасения оказываются не напрасными. Когда спустя десять минут я захожу на кухню, стол ломится от здоровой еды. По центру в плошке стоит какая-то вязкая зеленая каша, в стакане плещется что-то бурое, выглядящее так, будто фасоль перемололи с собачьим дерьмом, а вместо привычной гречки передо мной стоит сухая овсянка с вкраплениями сухофруктов.

— Здоровый завтрак. — Подняв стакан с помоями, Лиана преспокойно пьет.

— А это что? — я киваю на тарелку с крупой. — Она же не сваренная.

— Это же гранола, дурачок. Заливаешь ее растительным молоком и ешь.

Я с сомнением кошусь на бутылку с надписью «Миндаль и соя».

— А нормального молока нет?

— Молоко вредно, — снисходительно срезает меня Лиана. — И не надо морщиться раньше времени. Просто попробуй.

Обреченно плеснув серую жижу в тарелку, я запускаю в нее ложку. На вкус как и предполагалось, говно. Говно, которое к тому же пристает к зубам.

Отодвинув от себя тарелку, я выискиваю что-нибудь безопасное, что смогу проглотить без желания сплюнуть обратно. Поначалу думаю, что безопасным окажется хлеб, но и с ним меня ждет засада. Потому что это не хлеб, а какая-то пародия на него. Твердый, сырой, набитый шелухой и семечками.

— Это кукурузный хлеб со льном и псиллиумом. — Лицо Лианы светится, словно она презентует новый электрокар собственной разработки. — Ноль глютена.

— Глютен — это что?

— Глютен — это аллерген, содержащийся во ржи и пшенице. Клейковина, иначе.

— Я этот глютен двадцать восемь ел и ни разу не раздулся. — Я шарю взглядом по столу. — Дай нормальный хлеб, а? Мне на работу через полчаса ехать, а я голодный.

— Так ешь, кто тебе мешает? — Лиана смотрит на меня с обидой. — Я всё утро готовила. А орехи так вообще со вчерашнего дня вымачивала. Не хочешь гранолу — вот паста гуакамолле. Могу хумус достать.

— Знаешь же, я что я не ем такое. — Я с раздражением поднимаюсь из-за стола. — Кофе есть?

— Есть смузи, — буркает она, опуская взгляд в тарелку. — Вот хрена с два я тебе еще хоть что-то приготовлю. Всё равно не ешь.

— Я мужик, и я не питаюсь травой. Мне белок нужен. Если решила на диете посидеть — сиди, но не надо меня к ней приобщать.

— Для справки, в бобовых много белка! И дело не в диете, а в здоровом питании. Ты давно анализы сдавал? Знаешь свой уровень мочевины?

— Нет, не знаю. Зато знаю, что сегодня полдня в разъездах проведу, а ещё не пожрал нормально.

— Вот потом не удивляйся, почему я тебе не готовлю.

Забив на кофе, я покидаю кухню. По хер. Шавуху по дороге перехвачу.

— Рафа, ты же в курсе, что с. тобой трудно? — несется мне в спину. — Неужели ты не видишь, как я стараюсь?

Ничего не ответив, я открываю шкаф и натягиваю джинсы.

Что ей сказать? Что старается она мимо? И этот завтрак — это для неё, но никак не для меня. Лиана, конечно же, заверещит, что я не ценю то, как она заботится о моём здоровье… А я, блядь, здоров и просто хочу, чтобы от меня отъебались. Хочу съесть гречку с яйцами и не чувствовать себя виноватым.

Когда я тянусь за толстовкой, мне в голову прилетает комок носков.

— Валиев!!! Хватит меня игнорировать!

Я вздыхаю.

— Я тебя не игнорирую. Просто не хочу очередного скандала.

— Между нами пропасть появилась. — Голос Лианы стихает и звучит почти жалобно. — Неужели ты сам не чувствуешь? Ты возвращаешься ночью, спишь на диване, каждое моё слово тебя бесит… Ты так наказываешь меня за отдельный отдых?