Книга Искатель, 2012 №4, страница 92 – Александр Юдин, Варвара Клюева, Иван Белогорохов, и др.

Ты спросишь, Ал, что же я в таком случае предпринял? А ничего не предпринял! Да-да! Скрестив на груди руки, я остался стоять на месте и — просто Ждал. Можно было, конечно, броситься на Мастера Теней и силой помешать ему завершить заклятие, но... Я не видел необходимости торопиться. Во-первых, заклинание «черной гекатомбы» довольно длинное и запутанное — поэтому, время у меня еще было. Да и сам колдун вполне мог ошибиться в его произнесении. А во-вторых, я заметил кое-что, чего Жан Орлеанский, увлеченный декламацией, до сих пор не заметил: каким-то чудом один из призрачных рыцарей-тамплиеров уцелел; и вот теперь он выступил из-за колонны, где до того прятался, и медленно подкрадывался к Жану со спины. Правда, вызванный Жаном магический ветер изрядно его потрепал, и выглядел он — если такое можно сказать о призраке — ужасающе: из-под открытого забрала шлема вместо лица скалился голый череп с пустыми провалами глазниц, а левой руки у него и вовсе не было. Зато в правой искалеченный призрак крепко удерживал копейное древко. Мастер же Теней продолжал плести свое убийственное заклятие:

Но тут он, видно, почувствовал у себя за спиной движение и резко обернулся. «Чорп! Чорп!» — тут же вскрикнул Жан, замахнувшись посохом. Нечто вроде серой молнии сорвалось с рогов его колдовского жезла и шарахнуло недобитого призрака прямо в макушку шлема. Отчего тот моментально и окончательно раз-воплотился. Только вот прежде чем осыпаться наземь горсткой сухой пыли, он успел-таки метнуть копье. Пролетев по пологой дуге, копье вонзилось колдуну точно в грудь, прошло насквозь и, выйдя из спины, воткнулось в пол, накрепко застряв там меж каменными плитами.

Страшно застонал Жан Орлеанский, выронил свой двурогий посох и обеими руками схватился за копейное древко. Он не упал — пронзившее его копье удержало его от падения — и был еще жив. Но мы оба понимали, что это конец — наша дуэль завершилась. Оглядевшись, я увидел, как блекнут и тают все созданные Мастером Теней иллюзии — Большой императорский дворец быстро принимал свой подлинный, обветшалый вид.

— Микеле! — позвал он слабым голосом. — Подойди ближе... Ты победил, Микеле... пускай же так и будет: все тайны моего мастерства отныне переходят к тебе... в наследство, так сказать... Но не радуйся раньше времени: знай, что никакого заклятья «вечной жизни» или «вечной юности» у меня нет...

— Как?! — разочарованно воскликнул я, подбегая к умирающему колдуну. — Как нет?! В чем тогда причина твоей столь долгой жизни? Ты врешь мне, малефик!

Кажется, если бы Жану достало сил, он разразился бы издевательским хохотом. Но силы Мастера Теней стремительно убывали, поэтому он лишь скривил губы в злорадной усмешке.

— Вижу, ты разочарован... Столько трудов — и почти все напрасны? Тем не менее это так... А причина моего долголетия заключена в Талисмане Империи, Мааттирсе. Хранитель этого жезла не может умереть своей смертью... он обречен вечно обеспечивать его сохранность... ну, или почти вечно. И поверь, это, скорее, проклятие, нежели благо... Хранитель накрепко привязан к Мааттирсу, он не может оставить его без присмотра более чем на сутки... иначе связь прервется и жизнь Хранителя вновь начнет убывать своим чередом... Кроме того, толпы сброда всякого рода — тираны, жаждущие власти, колдуны вроде тебя, стремящиеся завладеть секретом бессмертия, — все они постоянно атакуют Хранителя... И «вечная жизнь» того превращается, на поверку, в череду бесконечных битв, интриг и дуэлей... А главное, выходит зачастую весьма короткой! Подобную жизнь можно пожелать лишь врагу... Ну, вот тебе, например...