Книга Король старьевщиков, страница 95 – Кассандра Клэр

Теперь костюмом принца занялся портной: он принялся подшивать рубашку и что-то в ней поправлять. Дельфина несла пару высоких сапог, которые, как показалось Лин, доходили служанке чуть ли не до пояса.

— Я попросил Джоливета забрать вас, когда вы обходили больных, чтобы у вас с собой была сумка с инструментами. Хотя я вижу, что вы уронили ее на пол. Какая небрежность.

Лин бросила на него уничтожающий взгляд, но он был поглощен изучением содержимого бархатной шкатулки с украшениями, которую поднес слуга. Поколебавшись между рубинами и сапфирами, он с апатичным видом протянул руку, чтобы ему на пальцы надели кольца.

— Вообще-то я решила, что у вас ко мне какое-то срочное и очень важное дело, – сказала Лин, – а не вопрос выбора между красными и синими камнями.

Конор взглянул на нее и состроил гримасу, притворяясь оскорбленным.

— Часто выбор одежды – это как раз очень важно. Вы знаете, что произойдет, если я появлюсь перед послом Шэньчжоу в оранжевом костюме? Международный инцидент.

— Нисколько не сомневаюсь, – буркнула Лин. – Кстати, раз уж речь зашла о политике – разве вам сейчас не следует находиться в другом месте?

В полной тишине что-то звякнуло. Слуга с шкатулкой уронил на каменный пол кольцо. Начались лихорадочные поиски, слуги ползали среди мебели, а принц все это время смотрел в глаза Лин.

— Дельфина, моя дорогая, – произнес он, когда горничная поднялась с пола, держа в руке найденное кольцо, – Алоис, Ивета – оставьте нас. Мне нужно поговорить с моим врачом наедине.

Дельфина положила кольцо на место в шкатулку, и слуги беззвучно скрылись. Когда дверь закрылась за ними, принц упал на ближайший диван, держа в руках сапоги. Надев сапог и начиная завязывать шнурки, он заговорил:

— Весь мир считает, что я сейчас нахожусь в порту и встречаю корабль из Кутани. Большинство придворных, солдат и слуг собрались там. Маривент пуст – насколько он вообще может быть пустым; люди вернутся нескоро. Поэтому я попросил вас прийти сюда именно сейчас.

Неужели он хотел сказать, что отправил Кела вместо себя, чтобы получить возможность встретиться с Лин во Дворце? Нет, не может быть. Она отвергла эту мысль как совершенно нелепую.

— Во время танца вы сказали, что нуждаетесь в моей помощи, – ответила она. – И что больны не вы. Мне кажется, вам пора сказать мне, в чем дело. Возможно, я не в силах вам помочь.

Зашнуровав второй сапог, Конор поднялся на ноги. Короны на нем не было, и черные кудри упали на лоб.

Она подумала о его плаще из перьев лебедя, о том, как черные пушистые перья ласкали кожу.

— Я верю в ваши силы.

— Эксиларх…

— Ах да, – сказал он. – Принц, которого вы предпочитаете мне. – Он говорил легкомысленным тоном, словно все это было какой-то шуткой. – Я подумал об этом. Итак, вы получите от меня официальный королевский приказ. Вы поможете мне, но вам запрещено рассказывать об этом эксиларху. Что освобождает вас от всякой ответственности. Такое решение устроит всех, вам не кажется?

У Лин зашумело в ушах. Сквозь гулкое биение собственного сердца она слышала голос Майеша: «Приказ – это официальное требование члена королевской семьи. Его нарушение карается смертью».

Но он не пойдет на это. Конор не станет этого делать. Она всматривалась в его лицо в поисках какого-то знака, признаков того, что он шутит, но ничего не увидела. Лицо было непроницаемым, мысли принца невозможно было прочесть, словно послание, написанное шифром.