Книга Король старьевщиков, страница 248 – Кассандра Клэр

Конор обернулся к нему. Кел не помнил последние слова, сказанные им Конору вчера вечером; принц вернулся из города после своих «дел» мрачный и молчаливый, и Кел решил не трогать его.

В темно-серых глазах Конора он заметил необычное печальное выражение.

— Пока это всего лишь ничем не подтвержденное сообщение, – ответил он, – но, похоже, Киприана Каброля нашли мертвым в Храмовом квартале.

У Фальконета был новый экипаж. Он велел остановиться около моста Поющих Женщин, неподалеку от «Каравеллы». Обычно прохожих здесь было немного, поскольку Храмовый квартал редко посещали в первой половине дня. Но слухи о том, что в зеленом канале обнаружили тело – причем якобы тело богатого и знатного человека, – вызвали слабый интерес у местных жителей. Зеваки собирались в кучки на набережной, болтали между собой.

Бдительные, которых сразу можно было отличить от обычных горожан по алой униформе, протаскивали через канал веревочную сеть. День был ясный, и солнце отражалось от поверхности воды, как от зеркала из полированного нефрита. Кела подташнивало, свет резал ему глаза; ощущение было как с похмелья.

Киприан. Мертв. Это не могло быть простым совпадением. Только вчера Кел приказал Киприану выяснить, какие семьи замешаны в заговоре против Аврелианов, и вот сегодня его труп уже ищут в канале.

«Мы послали его на смерть», – подумал Кел.

Каброль отнюдь не был невинной овечкой, но это было неважно. Кел должен был понять, что ему угрожает опасность.

— Они точно уверены в том, что это был Киприан? – спросил Конор. – Кто вчера видел тело?

Он сидел, откинувшись на спинку атласного сиденья, расшитого золотыми и серебряными узорами, которые изображали виноградную лозу. Новая карета Фальконета была настолько роскошной, что это переходило границы хорошего вкуса. Под потолком покачивались бронзовые механические лампы, которые сейчас не горели; стены были увешаны зеркалами в золотых рамах, шелковые занавески были украшены кистями, а под сиденьями располагались обитые мягкой тканью ящики с бутылками вина и бокалами.

Меррен пришел бы в ярость, увидев это. Иногда Кел забывал, как богаты на самом деле Семьи Хартий, а ведь каждая из них была в своем роде царствующим домом и управляла своим королевством: фарфор и шелка, специи и вина. Неудивительно, что малгасийцам так хотелось получить над ними контроль.

— Сегодня утром я очнулся в «Каравелле», – объяснил Фальконет и зевнул, прикрыв рот рукой. – На улице был настоящий хаос, везде Бдительные. Алис вывела меня через черный ход и сказала, что Силла видела в воде тело. Что это был Каброль. Алис была не очень-то довольна. Аристократы, умирающие поблизости от заведения, – это отпугивает клиентов.

— Ну, его-то с трудом можно назвать аристократом, – возразил Конор. Он смотрел в окно, как и Кел, но вид у него был рассеянный. – Давно он получил Хартию? Три месяца назад, по-моему?

Фальконет хмыкнул.

— Согласен, недостаточно времени для того, чтобы нажить себе смертельных врагов. Ты ведь говорил с ним на Балу Солнцестояния, Кон. Что ему нужно было? Просил о королевских милостях? Заплатить карточные долги, избавиться от недоброжелателей?

Конор равнодушно пожал плечами.

— Не припомню, чтобы я с ним разговаривал. По-моему, его главным образом волновало то, как оттащить Эстева от Беатрис.