Книга Король старьевщиков, страница 239 – Кассандра Клэр

Седаи. Кел подбежал к парапету, Конор бросился за ним. Воздух был совершенно прозрачным, и они без труда разглядели Седаи, на спине которой сидела Анжелика. Слониха шествовала по прибрежной тропе. Несмотря на свои размеры, Седаи шагала осторожно, и Анжелика не нуждалась в «корзине». Кел видел, что принцесса сидит верхом на загривке слона, видел, как она наклоняется вперед, чтобы почесать широкое серое ухо.

— Ну что ж, – произнес Конор своим нормальным голосом. – По крайней мере, она развлекается?..

Кел подозревал, что дело обстоит не совсем так. Он промолчал, глядя на дворцовых слуг и гвардейцев, которые, услышав рев слона, высыпали на улицу. Некоторые весело кричали; Седаи все любили. Интересно, где же Кураме, и наблюдает ли он за Анжеликой и слоном, которые направлялись к белой беседке, приютившейся на краю утеса.

— Неужели она?.. – начал Конор в тот момент, когда Седаи встала на дыбы. Потом слониха опустила две передние ноги, похожие на гигантские серые тумбы, прямо на крышу беседки. Раздался треск. Поднялась туча белой пыли, похожей на дым, а Седаи продолжала громить сооружение. Крыша лежала на остатках колонн, словно тарелка на кучке растопки.

— Да… – протянул Кел. – Ты всегда говорил, что эти беседки портят вид.

Конор рассмеялся. Это был искренний смех – принц был изумлен, но зрелище его позабавило.

— Значит, вот что она должна была сделать, прежде чем простить меня?

Седаи уже закончила свою работу, и они с Анжеликой направились дальше по тропе вдоль обрыва. Тропа переходила в дорогу, которая тянулась через лес у подножия холмов, разделявших Кастеллан и Детмарк. Анжелика обернулась и помахала, глядя на кастель Митат.

— Видимо, да, – сказал Кел. – Радуйся, что она велела слонихе растоптать только беседку, а не тебя заодно.

Конор пристально смотрел в сторону Детмарка и горной гряды.

— В моей жизни только ты всегда был реальным, – сказал он. – Но когда я стану королем, я тебя потеряю.

— Я никуда не денусь, – возразил Кел, хотя он понимал, что имеет в виду Конор. Он никогда больше не будет Конором, никогда ему не понадобится занимать его место, играть его роль, не понадобится каждую минуту помнить, как принц говорит, ходит и думает, и в качестве главы Эскадрона стрел он станет не только щитом Конора, но и щитом всего Кастеллана.

— Рядом с тобой будут и другие люди, которые тебе нужны, не только я.

«Анжелика? Возможно, если ты будешь с ней честным и если будешь вести себя осмотрительно, как она требует». Но он не сказал этого вслух.

— Нужны, – повторил Конор. – Да, сейчас мне нужно кое-что. Прежде чем я смогу снова говорить с Анжеликой. – Он взглянул на свои руки, на сверкающие кольца, с таким выражением, словно видел их впервые. – Я должен быть уверен.

И с этими словами он развернулся и исчез в вихре бордового шелка и серо-зеленого бархата.

Портной Конора был прав насчет цветов, подумал Кел, облокотившись о зубчатый парапет. Они действительно не сочетались.

Лин не могла сосредоточиться. Вернувшись из Черного особняка с лекарством, она решила сделать все, что в ее силах, чтобы подготовиться к испытанию, но мысли разбегались, и она не могла усидеть на месте. Разложив перед собой открытые книги, она сидела за кухонным столом, где привыкла заниматься и где ей лучше всего думалось. Глаза болели от бесконечного разглядывания изображений камней-источников и чтения всевозможных рассказов о том, как они накапливали энергию.