Книга Король старьевщиков, страница 119 – Кассандра Клэр

По Арене снова разнесся грохот. Железные решетки, расположенные в противоположных концах сцены, поднялись, и из темноты появились две шеренги крокодилов. У каждого крокодила на шее было надето стальное кольцо с цепью; цепи держали люди в масках – дрессировщики. Рептилий, которым скоро предстояло вступить в схватку, приветствовали аплодисментами и восторженными криками.

Кел и Конор некоторое время молча наблюдали за парадом крокодилов; Конор сидел, прикрыв глаза. Сначала крокодилов должны были провести по Арене, чтобы толпа полюбовалась ими, после чего принимали ставки, а потом начинались бои. Кел не любил это кровавое зрелище, но считал, что если ему приходится смотреть на бои животных, то пусть уж лучше это будут жуткие монстры, обитатели гавани. Он не испытывал к ним сострадания. Он вспомнил Фаустена, его падение в воду, крик, плеск и тишину, которая за этим последовала.

Конор нарушил молчание.

— Иногда, – казалось, он обращался не к Келу, а к себе самому, – мы должны забыть о том, что мы – существа, наделенные чувствами. Мы должны вырвать эти чувства из сердца и похоронить их или превратить свое сердце в камень. И молиться Богам, чтобы это помогло.

Кел не знал, что на это отвечать, но тут в ложе появился Бенасет и вежливо откашлялся.

— Монсеньер, – обратился он к Конору, – к вам посетительница.

Телохранитель надменно смотрел на Лин сверху вниз – он стоял на верхней ступени, отчего казался еще выше ростом.

— Нельзя приближаться к особе королевской крови без предупреждения, – произнес он.

Лин взглянула на украшенную цветами ложу, которая находилась на высоте нескольких футов над ними. Конор и Кел были заняты разговором и не замечали ее.

— Если вы желаете подать прошение, это делается не так…

Лин сжала кулаки. Ей очень не хотелось говорить то, что она собиралась сказать, и не хотелось делать то, что она собиралась сделать, но у нее не было выбора. Выйдя за ворота Солта, она обнаружила на улице расстроенную Джиан. Девушка умоляла ее…

Нет, пожалуй, это было не совсем правдой. Джиан никогда не умоляла. Она рассказала Лин о том, что Келу сегодня не удастся поговорить с Магали на Арене.

«Принц неожиданно появился, – объяснила Джиан. – Без предупреждения. Никакого уважения к другим людям и их планам…»

«Да, это похоже на него».

«Расспросить Магали придется тебе. – Джиан взяла Лин за плечи. – Ты единственная, кроме Кела, кого она узнает, единственная, с кем она согласится побеседовать…»

«Не говори глупостей. – Лин покачала головой. – Она ничего мне не скажет. Но… думаю, я все-таки смогу вам помочь».

Так она и оказалась здесь, на Арене, чтобы с помощью лжи проникнуть в королевскую ложу. Лин никогда прежде не бывала здесь, не смотрела представления. Она чуть не задохнулась от густой пыли, не говоря уже о вездесущей вони жареного лука и потных тел.

— У вас нет просьбы? – продолжал гвардеец, разглядывая Лин с некоторым удивлением; только после этого она сообразила, что молчала довольно долго. – Если так, мне придется попросить вас уйти, донна.

Лин набрала в грудь воздуха.

— Я внучка Майеша Бенсимона, советника королевской семьи, – объявила она и увидела, как изменилось выражение лица гвардейца. Она знала, что так и будет. – Пожалуйста, передайте принцу, что я здесь.