Книга Тень отступника, страница 22 – Артём Гармашов

— Люди света? — спросил один из людей тьмы, тот, что постарше.

— Какие люди света? — лесной эльф фыркнул. — У них сейчас своих забот хватает. Говорят, Хойэлион Турон горцев на кого-то натравил. Империя им давно поперёк горла стояла.

— У лейфара светлых всегда так, — буркнул второй. — Кто не с ним — тот против него.

Молодой человек света вдруг тихо хихикнул. Нар'миир снова покосился на него.

— А вы знаете, — сказал он, наклоняясь над столом, — почему Хойэлион так уверенно идёт к своей цели?.. Потому что понимает. Понимает, что Хранители великого потока не награждают слабаков. Они благословляют только тех, в ком и так есть сила. А уж взять её способен не каждый.

— Опять настойки перебрал? — спросил лесной эльф.

Лысый поднёс флягу ко рту и, не успев отпить, усмехнулся.

— Ох… Вечный Свет. Три луны. Все они так велики. Только до истины им дальше, чем мне до трезвости.

Он отпил из фляги.

— Сами подумайте. Почему одним всё время везёт, а другим нет? Потому что первые не ждут разрешения. Берут. Делают. А остальные потом рассказывают, почему это было нечестно. Мир любит первых.

Он прижал ладонь ко лбу и коротко рассмеялся.

На пальце блеснул чёрный перстень.

— Мир любит дураков и наглецов, — проворчал старший человек тьмы.

— Иногда это одно и то же, — охотно согласился лысый.

— Слышал бы тебя кто из тёмных, — буркнул старший человек тьмы. — Язык бы оторвали.

— Пусть, — молодой пожал плечами и снова приложился к фляге. — Правда она и под пытками правда.

За столом повисла неловкая тишина. Лесной эльф кашлянул и продолжил, будто ничего не случилось:

— А он, говорят, на запад смотрит. Через людей тьмы поход готовит.

— Через нас? — второй человек тьмы, тот, что помоложе, отставил кружку. — А мы им что, кость в горле?

— Вы четыреста лет как часть империи Вечного Света. Вот только признать не все готовы, — лесной эльф понизил голос. — Тёмных эльфов тоже не оставят в стороне. Ходят слухи, Хойэлион хочет возродить старый союз. Только на своих условиях.

— А здешний Лейфар? — спросил старший. — Он что?

— Отказался, — эльф пожал плечами. — Вот и сидят в изоляции. Наш сразу понял, что в стороне оставаться нельзя и присягнул, как древним альдрам.

— Не трухайте. В мирное время нашему брату работы мало, — прервал его лысый, но теперь в его голосе не было прежней уверенности. — А там, глядишь, и война придёт. Тут-то наши услуги и пригодятся.

Он снова хихикнул — и замолчал, уставившись в кружку.

Нар'миир слушал краем уха, не поворачивая головы. Краем глаза он заметил, как молодой с амулетом поймал его взгляд — и быстро отвернулся, сделав вид, что рассматривает свою флягу. Странный тип. Но мысли его уже текли дальше, к завтрашнему ритуалу, к Лейфару, к тому, что сказал Ризаан.

Кружка опустела наполовину. Ризаан, напротив, отставил бокал и наклонился к другу.

— Слышал? — спросил он негромко.

— Слышал, — ответил Нар'миир.

— Лейфар поэтому и отказался от союза, — Ризаан покрутил в пальцах край бокала. — Не хочет ввязываться в войну. Но цена — изоляция.

— Изоляция, — повторил Нар'миир и хмыкнул. — Красивое слово, — он поднял глаза. — Раньше это называлось сидеть за забором и надеяться, что беда пройдёт мимо.

Ризаан вздохнул.

— Опять начинаешь.

— А когда заканчивать?

Ризаан посмотрел на него долгим взглядом. Потом покачал головой.