Книга Тень отступника, страница 19 – Артём Гармашов

— Молчал, что твой магический поток имеет достаточно маны? — почти выплюнул он. — Разберись с этим. Или я сам разберусь с тобой.

Карвек резко развернулся и пошёл прочь. На ходу сжимал край ламелляра так сильно, что побелели пальцы.

— У нас в сотне из магов два недоучки, — донеслось до Нар'миира. — А этот молчит… Бездна его поглоти.

Аральд остался стоять на возвышении.

Толстые линзы блеснули, когда он перевёл взгляд на Нар'миира.

Что-то быстро записал в свиток, свернул его и убрал за пояс.

— Тархан, — сказал он.

Голос был спокойным.

— Берегите себя. Вы важнее, чем думаете.

После этого он просто ушёл.

Нар'миир смотрел ему вслед, пока тот не скрылся между казармами.

Пальцы сами собой сжались в кулак.

— Слышал? — негромко сказал Ризаан рядом. — Важным считают…

— Заткнись, — сказал Нар'миир беззлобно. И добавил, — иди к своим уже…

Ризаан не двинулся с места.

Нар'миир прислонился спиной к стене и закрыл глаза. Шум постепенно возвращался.

Нукеры поднимались с земли, отряхивали одежду, собирали оружие. Кто-то ругался сквозь зубы. Где-то неподалёку всхлипнули, тут же оборвав звук. Плац понемногу приходил в себя, словно ничего не случилось.

— Надо что-то делать, — сказал Ризаан, опускаясь рядом на камень. — К целителям сходить.

— Нет.

— Нар'миир…

— Нет.

На этот раз Ризаан не стал спорить сразу. Некоторое время они сидели молча. Потом он спросил:

— Боишься? Зря. Ты же не единственный, в ком поток просыпается так поздно.

Нар'миир открыл глаза.

Карвек уже вернулся к своим обязанностям. Ходил вдоль шеренг, заложив руки за спину. Останавливался возле нукеров, дёргал ремни, поправлял стойку. Иногда коротко кивал. Иногда рявкал так, что вздрагивали даже те, к кому это не относилось.

Всё было как обычно.

Будто несколько минут назад Нар'миир не валялся на земле, захлёбываясь собственной кровью.

— Не боюсь, — ответил Нар'миир. — Знаю.

— Что знаешь?

Нар'миир помолчал. В памяти всплыло чужое лицо — старый нукер, который когда-то рассказывал о событиях на Волчьем мосту. Тогда он был почти мальчишкой, только что пришёл в армию, а старик уже давно присягал его отцу.

«Твой отец, — говорил Канзаф-эль, глядя в костёр, — тоже не смог укротить поток. Держал его в себе. Пока мог. А когда мост прорвали и желтозадые хлынули, он… выпустил. Нечто. Оно поглотило сотню. Своих и чужих. Никого не разбирало. Другие выжившие говорили — пламя шло от него волной, и все, кто был рядом, падали замертво. А он сам… от него только пепел остался, да эти кости».

— Мой отец, — сказал Нар'миир негромко. — Тоже не мог контролировать. Говорят, в конце… выпустил нечто. Сотню врагов — и себя. Спалил в миг.

Ризаан молчал.

— Если я пойду к целителям, — продолжил Нар'миир, — меня признают нестабильным. И я потеряю всё. Даже это жалкое место.

— А если не пойдёшь? — Ризаан повернулся к нему. — Если это повторится? Ты видел, что тут творится.

— Если сочтут перспективным, — Нар'миир говорил ровно, будто перечислял факты, — запрут на десятилетия в одном из магических орденов. Учиться управлять потоком. Ай… Ты знаешь не хуже меня… Я останусь вдалеке от всего.

— От армии.

— От армии. От Малис. От всего, что… — он запнулся. — Что ещё имеет смысл.

Ризаан некоторое время молчал.

— А если они решат, что ты опасен?