Книга Тень отступника, страница 135 – Артём Гармашов

Нар'миир пошёл вдоль колонны, обгоняя телеги и обходя сбившиеся в группы семьи. Под доспехом быстро стало жарко. Сапоги за месяц прохудились, и дорожная пыль набивалась под ступни, но он продолжал идти.

Кузмар ехал во главе колонны.

Нар'миир не сразу узнал в нём того человека, который сидел у стойки «Трёх корней», дёргал обожжёнными пальцами и смеялся над одному ему понятными шутками.

Доспех на нём был уже не имперский. Поверх стёганки лежал короткий ламелляр простого кроя, собранный из тёмных стальных пластин. Без алого лака, знаков легиона и дорогой отделки. Такие комплекты могли носить городские стражники или бойцы состоятельного частного отряда — добротные, удобные, но ничем не выдающиеся.

Сам Кузмар выглядел иначе.

Он держался в седле прямо, легко следуя за движениями коня. Поводья лежали в одной руке, вторая покоилась на бедре. Взгляд постоянно скользил по колонне: задержался на отставшей телеге, отметил растянувшуюся группу, нашёл всадника на краю тракта. Кузмар почти не повышал голоса. Несколько коротких жестов — и рядом уже появлялись те, кому предстояло исправить беспорядок.

Рядом с ним ехали двое эльфов в серых мантиях. На рукавах виднелись незнакомые эмблемы. Маги, но не служители Неведомого.

Кузмар повернул голову. И сразу увидел Нар'миира. На обожжённом лице появилась та же ухмылка, с которой он когда-то заказывал фирменный эль.

— Удивлён? — спросил Нар'миир, приблизившись.

Кузмар наклонил голову к плечу.

— Что ты пришёл? Ничуть. Что сумел дождаться и не съесть хозяина той таверны — немного.

Нар'миир посмотрел на него без улыбки.

— Боги ведут твой путь, — продолжил Кузмар. — Они не столкнули бы нас дважды только затем, чтобы посмеяться. Для этого у них есть жрецы.

Он поднял руку и сделал кому-то знак.

Через несколько минут из колонны вывели свободного коня — невысокого, мохноногого, с вьючным седлом. Нар'миир принял поводья.

— Здесь ты больше похож на командира, чем на безумного проповедника из таверны.

Кузмар нахмурился и оглянулся на сопровождавших его магов.

— Тише. Ещё услышат и потребуют жалованье.

Один из эльфов в сером даже не повернул головы. Видимо, слышал подобное не впервые. Кузмар снова ухмыльнулся.

— Раньше я был слишком самонадеянным и ужасно скучным. Теперь хотя бы одно исправил.

— Самонадеянность?

— Скуку, конечно.

Нар'миир вставил ногу в стремя и поднялся в седло. Конь недовольно всхрапнул под тяжестью доспеха, но вскоре успокоился.

— Ты всё-таки принял предложение? — спросил Кузмар.

Нар'миир посмотрел вперёд.

За последним постом Кара'Тага тракт уходил в пустошь. Дальше лежал деспотат людей Тьмы. Чужая земля, чужое войско и неизвестность.

— Я пришёл, — ответил он.

Кузмар несколько мгновений изучал его лицо, затем кивнул, будто услышал достаточно.

Колонна продолжала двигаться.

Нар'миир тронул поводья и поехал рядом с ним.

Впервые за долгое время впереди была не просто дорога, по которой он уходил от прошлого. У неё появилось направление.

И он снова шёл не один.

17.08.935 Эпохи «Совета десяти»

Выбеленный камень санитарного корпуса въелся в глаза ещё в первые дни. Потом перестал быть цветом и сделался частью палаты — такой же неизменной, как койки, запах лекарств и шаги в коридоре.

Ризаан различал оттенки выбеленного камня: утренний — холодный, с голубоватой испариной; дневной — плоский, как старая кость; вечерний — желтоватый от света масляных ламп в коридоре.