Книга Тень отступника, страница 108 – Артём Гармашов

Нар'миир подчинился.

Страж ощупал его быстро и привычно: плечи, пояс, голенища сапог. Вынул кинжал, затем снял с пояса тарханский меч.

— Оружие останется здесь. На выходе получишь.

Он уложил клинки на полку у входа.

Нар'миир кивнул и шагнул внутрь.

Холодный влажный воздух ударил в лицо. Пахло копотью, плесенью и мокрым камнем. Под ними чувствовалась кровь — старая, много раз смытая, но так и не выветрившаяся. К ней примешивались запах немытых тел и выгребных ям.

Лампы встречались редко. Их свет не освещал лестницу, а лишь выхватывал из темноты несколько ступеней и снова бросал их во мрак.

Нар'миир спускался медленно, ведя ладонью по холодной стене. Под пальцами осыпалась каменная крошка.

Навстречу поднимались нукеры. По одному, по двое. Спины прямые, плечи расправлены — выучка, которую не вытравишь за одну ночь.

Но лица у всех были одинаково пустыми.

Никто не переговаривался. Никто не смотрел по сторонам. Некоторые проходили мимо Нар'миира, будто не узнавали бывшего командира. Другие замечали его, но сразу отводили глаза.

Он провожал их взглядом. Казалось, каждый оставил внизу нечто, чего уже не сумеет забрать обратно.

На втором уровне, в узком коридоре под единственной масляной лампой, за грубо сколоченным столом сидел Ризаан.

На нём был узденский доспех — такого же покроя, какой носил Карвек. Ламелляр из чёрных пластин с серебряной гравировкой сидел по фигуре почти безупречно. Род Вашак явно позаботился о нём задолго до повышения.

Фиолетовый плащ был перекинут через спинку стула. На столе рядом с бумагами лежал шлем с обсидиановым навершием.

Только перо не соответствовало всему остальному.

Оно мелко дрожало в пальцах Ризаана, оставляя на пергаменте неровные строки. Скрип наконечника смешивался с воплями, доносившимися из глубины подземелья.

Рассвет остался далеко наверху. Сюда не проникало ни единого луча.

Нар'миир подошёл и остановился напротив.

Ризаан дописал строку, поставил точку — слишком резко, едва не прорвав пергамент, — и только потом поднял глаза.

— Пришёл? — Голос прозвучал глухо, без удивления. — Отчитывать меня? Морали читать?

Он отложил перо и откинулся на спинку стула.

— Тогда не трать времени. Я и без тебя знаю, куда опустился. Только не суди со слов тех, кто стоял за дверью.

Нар'миир не двинулся.

— Канзаф-эль слышал достаточно.

Ризаан криво усмехнулся.

— Он видел, как я вошёл. Слышал крики. Получал через окошко остывшие прутья и подавал новые. Для него всё было очевидно, — он на мгновение замолчал. — Но за дверью был я.

Нар'миир ждал. Ризаан оглянулся. Коридор был пуст. Только вдали мерно отдавались шаги патруля. Он наклонился ближе и понизил голос:

— Я обжёг каждую по одному разу. Чтобы остался след. Чтобы пахло палёной кожей. Потом велел им кричать, — он потёр пальцами переносицу. — Всем троим. Громко, без остановки. Если бы стало тихо, Кейран открыл бы дверь и закончил сам. Они это понимали, — Ризаан поднял глаза. — Следы остались. Я этого не отрицаю. Но больше я их не тронул. Десять минут стоял с прутом в руке и заставлял детей кричать, будто жгу их заживо.

Нар'миир молчал. Из глубины темницы доносились вопли. Здесь, на втором уровне, они звучали глуше, но не прекращались ни на мгновение. Он смотрел на новый доспех Ризаана. На фиолетовый плащ. На обсидиановое навершие шлема. На перо, всё ещё подрагивавшее возле чернильницы.