Онлайн книга «Тень»
|
— Не забудь за собой прибрать! — Она подпрыгивает и, забыв натянуть шорты, вылетает из ванны. — Па-ап, ты дома? — Она подтягивает шорты, обходит квартиру и заглядывает под кровать. Естественно, отца там нет. Она ищет наок и уже хочет надеть его на голову, когда он говорит ей голосом матери: — Хорошо учись! Була визжит, швыряет его на пол и бросается к входной двери, но не может её открыть. Она забегает в ванну и запирается. Прислушивается к звукам снаружи. Я наблюдаю за ней, сидя на крышке унитаза: — Була, ты знаешь, что надо слушаться родителей? Она с распахнутыми глазами, так и не отпустив дверную ручку, медленно разворачивается ко мне лицом. — Я сошла с ума? Я буду слушаться, честно, только пусть они больше со мной не разговаривают, ладно? — сбивчиво тараторит она, её взгляд мечется между унитазом и шваброй. — Я стану очень-очень послушной, правда. Ну, я пойду… Она дёргает ручку, но теперь и дверь ванной не поддаётся. Она вжимается в неё спиной. — Ну и что ты перепугалась? Разве я такая страшная? — Вовсе нет, вы что! — Она таращится на мою грудь. — И лифчик у вас отличный, и эти цветные лохмотья… Ой, простите, полоски! Я проверяю раковины на груди. А что, хорошо же вышло? Поглаживаю ленты фиолетовых и нежно-зелёных водорослей. Ну какие же это лохмотья? — Так, ты меня не сбивай. В общем, считай, что я добрая фея. — Точно добрая? — Була недоверчиво щурится. — Ага. Так вот, ты родителей слушайся, учись хорошо, но знаешь… парень у тебя нормальный. Подумаешь, чёлка голубая… Меня резко выбрасывает из ванны. Була пропадает, а я под оглушающий звон в ушах возвращаюсь в кабинет Иллайи. — Да как можно превратить сновидение в какой-то фарс? Простейшая заявка! Простейшая! — Из его рта вырывается пламя. — Ну что теперь-то не так? — Ты должна ткать материю сна из нитей человеческого подсознания, а не нырять в каждый сон с головой и менять под себя реальность. Ты — режиссёр, а лезешь в актёры первого плана! — Ну она же сказала, что будет слушаться? — с надеждой спрашиваю я. — Я же выполнила заявку? — Если бы меня не оказалось рядом, ты бы могла навсегда застрять в этом сне! Я представляю, что пришлось бы до скончания времён сидеть на унитазе, и ёжусь. Иллайя продолжает меня распекать: — Ты хоть можешь вообразить в своей белобрысой головке, сколько людей на Вуре? Если ты застрянешь во сне одного из них, чтобы найти тебя, могут потребоваться сотни и даже тысячи циклов. Да человек умрёт раньше, чем тебя найдут! Или ты думаешь, мне нечем заняться, кроме того, как разыскивать в мире сновидений непутёвую ученицу?! — Он тычет в стол, намекая на количество заявок, и тушит рукавом пару вспыхнувших пергаментов. Я вздыхаю. — Я не специально. Оно само. — Что само? — Из его рта больше не рвётся пламя. От него остался лишь едкий запах дыма в кабинете. — Ну, сначала всё идёт нормально, а потом меня туда будто затягивает, — пытаюсь объяснить я то, что со мной происходит. — Не помогает мне никакая концентрация! — Затягивает? — Хмурится Иллайя. — Неужели ты… — Что я? — В этом его «ты» звучит как-то много всего несказанного. — Ничего, — обрубает он. — Продолжим тренировки! Крапинка раздувается. Я ловлю её и приглаживаю шипы к скользкой коже, пытаясь успокоить. Да уж, «тренировки» Иллайи мне тоже не внушают доверия. И вообще, он какой-то странный и явно что-то от меня скрывает. |