Книга Тень, страница 112 – Мо Ленкор

И кого принесло в такую рань?

Сразу после этой мысли всплывает образ брата Пауля. Седые волосы и щетина, серьёзные тёмные глаза.

У меня на пояснице выступает пот. Отклонить вызов или вообще поставить блок до наступления света?

Ещё скажи ему, что он не туда попал.

Летучую мышь тебе на плечи, отвечай, пока он не прислал кого-нибудь к нам домой!

Я принимаю вызов, как обычно переводя звук в наушник.

— Брат Пауль, а чего это вам не спится? Как ваши дела? Давненько не виделись…

Ну началось… Вы и сейчас не видитесь! Успокойся и послушай.

— Сестра Аннэт, мне бы тоже хотелось узнать, как у тебя дела. Что-то давно не видел тебя в Доме.

Вообще-то я намеренно избегаю встреч, но не могу сказать ему об этом. Может, кому-то встречи со своим спасителем напоминают о чём-то хорошем, но точно не мне. Я будто смотрю не на него, а на собственное прошлое. А если от кого-то и можно скрыть чувства, то точно нет от брата Пауля.

— Да что-то закрутилась, в баре полно работы, то тут, то там… Сейчас так завалило, что ещё и задерживаться приходится! — Я облизываю пересохшие губы.

Доболтаешься сейчас. Он у Крепыша или Дэна узнает всё о «твоей работе».

— Но я забегу! — поспешно добавляю я.

Главное, не уточняй когда.

— Ты же помнишь, что твоя настоящая работа вовсе не разносить заказы в баре? — Я прекрасно помню, зачем он меня туда отправил. Киваю и только потом понимаю, что он меня не видит. — Так почему тогда говорят, что уже вторую декаду ты никого не приводишь в братство?

Кто ему сказал?

Я напрягаюсь всем телом. Гипергидроз усиливается, и я вытираю о костюм влажные ладони.

— Ну-у, я как раз прорабатываю очередного кандидата…

Прорабатывает она, ага. Да, каракрот его раздери, единственное, что волнует твоего «кандидата», — это прауэр! Он даже имени твоего не знает, какое братство?

— Надеюсь, он того стоит?

Я чувствую, что стоит. Может, потому что слишком хорошо знаю, что он сейчас проживает, а может, меня ведёт Владыка, но я даю тот ответ, что лучше других убедит Пауля:

— Да, он какой-то известный учёный.

Ещё расскажи, какие «исследования» он проводит у нас дома.

— Из Бэлта? Что ж, хорошо. Значит, может иметь влияние и нужные связи. Приводи его сразу ко мне. Посмотрим, чем он может быть полезен.

— Да-да, я приведу. Я тут только со смены… Сильно устала, спать хочу просто ужас!

— Наша плоть слаба, наш разум полон сомнений, но сила наша в нашем бесстрашии, — прощается Пауль. Я тараторю, повторяя за ним, и быстро отключаюсь.

— Фу-у-ух. Пронесло… — Сдуваю волосы со лба и сгибаюсь, как старушенция, от прострела в пояснице. — О, подземные глубины! Опять…

Избавься уже от него, я хочу обратно в нашу мягкую кроватку.

Не хватало ещё заработать люмбалгию.

Первые несколько светов, когда я возвращалась домой по утрам, ещё удавалось растолкать Дэовура и заставить перебраться на стул. Правда порой было такое чувство, что я просто шевелю губами, а он не понимает ни слова из того, что я говорю. Ни про стул, ни про братство…

Теперь бо́льшую часть времени он даже не приходит в себя, а сдвинуть этот кожаный мешок с терронго мне не под силу. Как я только не спала в последнее время: и скрючившись на стуле, и устроившись на комке одежды прямо на полу… Я уже успела отвыкнуть ото сна на жёсткой поверхности, и заново привыкать мне совсем не хочется. Как и моей многострадальной пояснице. В знак протеста она ноет все двадцать часов из двадцати, а иногда, вот как сейчас, кричит о помощи.