Книга Да здравствует ворон!, страница 37 – Тисато Абэ

Она вдруг заговорила торжественно:

— Это приказ, Масухо-но-сусуки. Ты должна вернуться в мир и стать наложницей Его Высочества.

За окном сверкнуло, и комната на миг озарилась светом. Тут же с вершины горы донесся раскат грома.

Масухо-но-сусуки не сразу поняла, что приказала ей Хамаю.

— Что ты говоришь?! – с трудом выдавила она хриплым голосом.

Хамаю невесело улыбнулась:

— Ты ведь уже поняла. Я не могу выносить дитя, поэтому ему нужна наложница.

Она понимала, что для государства рождение наследника – самый важный вопрос. Однако шоком для нее стало не это.

Молодой господин и Хамаю были друг для друга дурной компанией – друзьями по детским шалостям, но вместе с тем она видела и как они иногда пересмеивались, забавляясь, словно щенята.

Она со страхом и нетерпением ждала, какой же ребенок родится у этой пары, так мало похожей на союз супругов. Поскольку ей самой грозила та же участь – остаться бездетной, она прекрасно понимала чувства Хамаю, когда та узнала, что ей не выносить дитя. Поэтому ее пугало, что госпожа совершенно не выказывала печали по этому поводу.

— Ты поняла меня, Масухо-но-сусуки? Ты родишь дитя для Надзукихико вместо меня, – сказала супруга наследника с беззаботной улыбкой, а ее придворная дама лишь в изумлении смотрела на свою хозяйку.

* * *

Пришло лето, настал назначенный день. Обезьяны принесли в паланкине девочку из деревни под горой. Подчинившись обезьянам, она очистилась в источнике, и ее приволокли к чудовищу.

Перепуганная посвященная действительно оказалась просто человеческой самочкой. Впервые увидевший настоящего человека Акэру был разочарован: она выглядела совершенно так же, как ятагарасу, не отличалась выразительной внешностью и не производила впечатления сильной духом. Самая обыкновенная маленькая девочка с несчастным, заплаканным лицом.

Пленница говорила на человеческом языке, поэтому Акэру не знал, что она сказала. Однако, судя по грустному взгляду, она страдала из-за своей печальной участи, так что он догадался, что девочка просит молодого господина вернуть ее обратно.

Обезьяны утверждали, будто посвященных им поставляют люди по договору, но что-то непохоже, чтобы эта давала свое согласие. Глядя на нее, несложно было догадаться, какой конец ее ждет в скором будущем. И все-таки нельзя, чтобы она сбежала или наложила на себя руки. Молодой господин приказал неотрывно следить за посвященной. Перед темницей с самыми простыми удобствами поставили часового, наказав ему ни в коем случае не сводить глаз с пленницы.

— Оказывается, люди выглядят так же, как ятагарасу в своем благородном облике, – озадаченно заявил Сигэмару, вернувшись после первого дежурства.

Вид непрерывно плачущей девочки обеспокоил его и, как ни странно, Тихаю. На следующий день после ее появления Акэру, обнаружив посреди ночи в амбаре что-то готовящего Тихаю, присвистнул от удивления:

— Что ты здесь делаешь в такое время?

Тихая, похоже, еще раньше заметил Акэру, поэтому даже не поднял на него глаз. Тот подошел ближе и взглянул на друга: перед ним лежали онигири с начинкой из кислых слив умэбоси.

Посвященной уже приносили кое-какую еду, ведь никто не хотел, чтобы она умерла, но пленница ни к чему не притронулась. Акэру понял, что в этот раз Тихая добавил в онигири сливы: вдруг пленнице просто не нравится пустой белый рис. Но его охватило странное чувство.