Онлайн книга «Внук Персея. Книга первая. Мой дедушка — Истребитель»
|
Фигурку на краю обрыва Амфитрион заметил не сразу. Леохар? Точно, он. Подойти? Колеблясь, мальчик шагнул ближе. Внук Анаксагора зыркнул через плечо, поразмыслил — и кивнул. Садись, мол. Амфитрион опустился рядом, свесив ноги по примеру Леохара. Ощущение было жутковатым. Сейчас кто-нибудь подкрадется, толкнет в спину — лети, братец, до самого Тартара… Подошел Тритон. Заглянул в темную бездну — и, отступив на пару шагов, устроился позади. Так они и сидели втроем, напротив закатного пожара. «Надо что-то сказать, — думал Амфитрион. — Нельзя же так!» Только что скажешь человеку, который сегодня узнал: его мамы больше нет? Первым нарушил молчание Тритон. — Красиво. На море иначе… Леохар угрюмо кивнул. И вдруг крикнул Амфитриону: — Как она умерла? Ты видел? Ее убили?! — Я не видел, — мальчику казалось, что он оправдывается. — Ее Биант принес, мертвую. Ее никто не убивал! Их вылечить хотели. Всех! Но всех не получилось… — Моего папашку убили, — сказал Тритон. — Точно, убили. Я знаю, да. Амфитрион ощутил себя чужим. Здоровый среди калек. У Леохара мама погибла, у Тритона — отец. А у него все живы: и мама с папой, и сестра, и дедушка с бабушкой. Дяди живы, тети живы… «Может, я все-таки не проклятый?» Впервые эта мысль не принесла удовлетворения. — Мы с ней тут сидеть любили, — Леохар взял горсть земли, просеял между пальцами. — По вечерам. С мамой я на самом краю не сидел. Она все боялась, что я упаду. Он бросил остаток земли вниз, как на свежую могилу. — Когда я маленький был, мне мама сказки рассказывала. Потом, когда вырос — истории разные. Про наш город, про вражду Пройта с Акрисием; про Персея, твоего деда… Угасал огонь за горами. Лишь алая полоска окаймляла зубчатые контуры вершин, делая их неправдоподобно четкими на фоне неба. — Жаль, твой дед с Косматым помирился. «Кто тебе сказал?! Ничего он не помирился!» — Амфитрион с трудом не позволил воплю вырваться наружу. И спросил: — Почему жаль? — Если б не помирился, я б к нему пошел. С Косматым воевать. Это он ее с ума свел, он! Жаль, твой дед его не прибил! Ничего, я его сам убью! Раз не бог, значит, можно убить. Можно! Леохар вскочил на ноги, чудом не свалившись с обрыва. — Все говорят, что ты бог! — закричал он в ночь. — А я не верю! Слышишь, Косматый?! Какой ты бог? Тебе только женщин с ума сводить! Ты трус! Я, Леохар, сын Гобрия… Он умолк, не закончив фразу. — Сын Гобрия, — повторил Леохар, как ругательство. — Я отцу: идем в горы, маму искать! Мы б ее вернули! Она бы сейчас жива была! А он, тряпка… Безнадежный взмах рукой. — Я, Леохар из Аргоса, клянусь… Что-то сорвало Амфитриона с места. Он схватил Леохара за руку; хотел еще рот зажать, но промахнулся. Даже в сумерках Амфитрион увидел, как гневно сверкнули глаза Леохара — и, не давая внуку ванакта опомниться, горячо зашептал: — Не клянись! Слышишь? Не клянись! Слова рождались сами. Правильные, взрослые слова. — Хочешь отомстить? Мсти! Хочешь убить? Убей! Но не клянись, понял? И столько силы было в жарком шепоте, что Леохар не стал спорить. — Ты прав. Найду и убью. Зачем клятвы? «Если дедушка не убьет его раньше», — подумал Амфитрион. |