Онлайн книга «Внук Персея. Книга первая. Мой дедушка — Истребитель»
|
Кудрявый, как барашек… Гости галдели птичьим базаром. Больше прочих усердствовали приятели женихов. Они наперебой сыпали плоскими шутками — и сами же над ними смеялись. Довольный Биант веселился от души. Меламп выглядел потерянным. «Кто все эти люди?» — читалось на его лице. Удивляясь переменам в облике фессалийца, мальчик не знал, что последние дни окончательно выбили Мелампа из колеи, преподнося все новые сюрпризы. Мало того, что он теперь не змей и не провидец; что под его руководством возвели храм Дионису, и сейчас строят второй — совместный, Диониса Хиропсала и Афродиты Урании[96]! Вдобавок они с братом уже третий год живут в Аргосе. У каждого имеется дом и прислуга. Братья-Амифаониды — уважаемые люди! Обзавелись кучей друзей — тех самых, что галдят вокруг… Самое мерзкое, что в памяти Мелампа начали смутно проступать события двух лет, которых никогда не было. Или все-таки были? Кто сошел с ума — он или мир? Оба?! Прошлое изменилось. Признать это на словах — проще простого. Но — принять, прочувствовать, сделать чужое своим, слиться с ним и жить дальше… Всякий ли рассудок выдержит такое насилие? Наконец галдеж стих, и началась свадебная церемония. Невесты вручили женихам праздничные одежды, затем обнесли гостей пирогом и ячменной мукой с медом. «Чтоб из рук любимой супруги и ячмень для вас медом становился!» И вот торжественно вносят благоухающие туши на вертелах. Резник-дайтрос отрезает всем по куску. М-м-м! Да, и баранины тоже! А это что? Серые дрозды? Запеченные с зеленой айвой и кислицей? Царское лакомство, говорите? Жесткие они, ваши дрозды. И айва кислая. Мне бы еще баранинки. Где корзинка с хлебом? Ага, белый, пшеничный… Уфф! А потом столы опустели. Рабыни смели с них крошки — и перед каждым гостем поставили кубок. Долговязый виночерпий налил вина: мужчинам крепкого, неразбавленного, женщинам и Амфитриону с Леохаром — пополам с водой. — Здоровье молодых! — За нерушимость семьи! — Ксесиас! — Все не пей, — прошептал на ухо Леохар. — Так, пригуби. А то плохо будет… — Знаю. Я один раз… Мальчишки переглянулись, хмыкнули — и отхлебнули из кубков. Столы унесли. Слуги собрали кубки и взамен дали всем широченные чаши, которые виночерпий наполнил уже разбавленным вином. Началась вторая часть пира: если во время первой только ели, то сейчас предполагалось только пить. К началу третьей — когда вновь принесут еду, но и вино никуда не денется — кое-кого выволокут на свежий воздух проспаться. Без этого ни один пир не обходится. У входа ждал бродячий рапсод. Как воздадут почести богам, так настанет его черед. А там и музыкантов пустят. Какая свадьба без песен? Перед Персеем поставили чашу с пивом. Убийца Горгоны глянул на Мелампа, отчего целитель поперхнулся и закашлялся. — Сегодня я пью вино. — Вина Персею! — крикнул ванакт, удивленный переменой вкусов. Пиво заменили темно-красным аркадским. — Восславим же Зевса-Заступника! — И супругу его, златообутую Геру! — Возлюби молодых, Гестия, покровительница домашнего очага! Возлияния следовали одно за другим. Гости по очереди вставали, вознося хвалу богам. Встал и Персей. — Эвоэ, Дионис, брат мой… Мальчик решил, что он ослышался. Дедушка не мог этого сказать! Скорее мир рухнет, погребая всех под обломками. Но мир устоял, а дедушка продолжил: |